Ключ и меч. Перевод с немецкого Людмилы Шаровой

Буонкомпаньи заставил его ехать позади него на муле среди носильщиков, как писца или слугу, в то время как сам он, тщеславный и надменный, скакал впереди на коне и заставлял его глотать пыль – его, советника Святого Пия, друга Лойолы и Филиппо Нери, столпа Контрреформации!

Стук во входную дверь вывел кардинала из задумчивости. Он выглянул в окно и увидел, что вдоль стен дома движется рота папских солдат, вооруженных пиками или ружьями. На площади толпа уже рассеивалась, начали подбирать мертвых и раненых, лежавших на пропитанном кровью ковре из растоптанных, разбросанных цветов.

Каменщик поднялся наверх с триумфальным выражением лица и вернул кардиналу кольцо.

– Ты смелый человек, Антонио, – сказал Монтальто, доставая из кошелька золотую монету. – Возьми это себе за твою службу. А если ты хочешь работать на меня, отправляйся на мою виллу на Эсквилине возле Санта-Мария дельи Анджели к моему мастеру-строителю Фонтане. Я поговорю с ним. Он обязательно найдет тебе дело.

Антонио засиял. Он хотел поцеловать подол пурпурной рясы Монтальто, но тот остановил каменщика и дал ему руку для поцелуя.

Его жена опустилась на колени и попросила благословения. Кардинал благословил ее и повернулся к двери, но Антонио, казалось, хотел попросить о чем-то еще.

– Ты хочешь сказать что-то еще? – спросил Монтальто.

– Ваше Преосвященство, – нерешительно начал каменщик, – не обижайтесь, если я осмелюсь обратиться к вам с еще одной просьбой. Я ничего не хочу для себя….

– Для кого тогда?

– Мы все молимся: Господи, избавь нас от зла! Когда придет ваш час, а он, возможно, уже близок, вспомните этот день, и народ благословит вас.

Я не смею больше ничего сказать.

– Пути Господни неисповедимы, – сказал Монтальто, сдерживая свои чувства.

Тело слуги было найдено на пороге дома, куда его оттащили с площади. Солдаты скрестили четыре пики, чтобы получилось что-то вроде носилок, и положили на них мертвеца, словно это было чем-то привычным для них. Потом они накинули на него плащ и подняли его.

Голова Лоренцо сильно запрокинулась назад и качалась из стороны в сторону; кровь капала из зияющей раны на голове, нанесенной лошадиным копытом.

Половина подразделения отправилась в путь; Монтальто присоединился к ним. Остальные солдаты последовали за ними, неся тело слуги. Из некоторых окон на печальную процессию смотрели любопытные лица. Кардиналу пришлось возвращаться домой под из взглядами.

Повсюду двери домов были закрыты, а окна лавок заколочены досками.