Магия не мертва

Самый известный случай – когда он придумал «Фонд помощи». Все желающие должны были сдавать ему некую сумму, а в случае непредвиденных обстоятельств в виде пожара или грабежа, потерпевшему должна была выплачиваться огромная сумма денег, на восстановление жилья или имущества. И ведь не дураки у нас люди, но сдавать деньги пошли толпами. Я бы тоже сдал, но только у меня столько денег никогда не было. Потом воры ограбили кожевенника, он, конечно, обратился в Фонд, лично к Роберту. Тут он узнал, что для получения денег требуется провести расследование, нужно заверение начальника караульной роты, а также еще немыслимое количество действий.

Кожевенник ушел ни с чем. Еще дважды к Роберту обращались, взывали о помощи после грабежей. Потом пошли недовольные люди, которые хотели забрать свои деньги, отданные в Фонд. Денег они, соответственно не получили. Объяснялось это тем, что денег нет, все они предназаначены для выплат пострадавшим.

Волнение в городе мгновенно набрало силу, и быть бы Роберту повешенным в тот же день, но тут подоспел указ Герцога, что все действия графа были полностью обоснованными и законными.

Особую силу приказу придала рота гвардейцев, которая сопровождала гонца. Люди подумали подумали и пошли по домам.

Упоминание графа Роберта сейчас омрачило мои мысли. Если он приложил сюда руку – ничего хорошего не жди. Наверняка хочет покрасоваться перед кем-нибудь, что поймал неуловимого вора.

Некоторое время мы ехали молча. Затем я потихоньку спросил:

– Как твоя способность?

Карлос быстро обернулся на гвардейцев, потом повернулся ко мне.

– Не надо это сейчас обсуждать. – Твердость в его голосе была очень убедительна. И хоть мне очень хотелось поговорить об этом, пришлось внять совету старшего друга.

Остановились мы вечером недалеко от маленькой деревушки, чтобы проситься на ночлег не могло быть и речи. Никто не смог бы разместить у себя двенадцать человек. Как я и думал – моих сил хватило только на то чтобы слезть с лошади, не упав, и постараться, чтобы ноги не дрожали.

Никаким обустройством лагеря я не занимался, я не смог даже поесть. Я только присел, прислонившись к дереву, и дальше только сон властвовал в моей голове.

В это время гвардейцы соорудили костер. Пристроили лошадей на ночь. И тут мой друг захотел показать класс воинского искусства своим подопечным. Они, конечно, и так знали, что на мечах лучше с Карлосом не связываться. На этот раз представление было явно для меня.