Цифры вчерашнего дня

Учёные нашли возможность, оцифровать всё живое и неживое. Людей, животных, вещи. Теперь у всего был цифровой код – личный номер. Даже еду синтезировали через цирру, вводя комбинацию цифр. Например, любимый Полин чизбургер имел код 4321, а мамино лекарство от нервов – 3716. Стоило ввести код в цирру, и на специальном принтере тут же моделировалась нужная еда или вещь.

Классификация была достаточно простой: людские коды начинались с единицы, двойкам принадлежали объекты стратегического и политического значения, тройки отдали медикаментам, четвёрки – продуктам.

С пятёрки и по девятку начинались коды животных, растений и других предметов и вещей. Всемирная цифровизация не только изменила жизнь каждого человека на планете, но и требовала ресурсов – энергии, электричества и мощностей. Ресурсы предоставляла земля. Именно она и стала главным дефицитом.

Люди переселялись в многоэтажки, вынужденно продавая свои загородные владения, отдавая земли властям и богачам мира. Теперь иметь свой небольшой загородный домик или участок считалось роскошью, доступной далеко не каждому.

Можно было, конечно, не продавать собственность, но налог на землю был столь велик, что практически никто не мог его выплачивать. В моду вошли небоскрёбы, ведь именно в них можно было разместить большое количество людей, используя меньший кусок земли.

Теперь за участок бабушки родители Полины могли бы выручить огромные деньги, переехать в другую квартиру и перестать жить впроголодь. А самое главное, мама с папой перестали бы ругаться и стали, как раньше, спокойными и счастливыми.

Но сделанного не воротишь. И сделка по продаже состоялась. Деньги, полученные за дом, почти все были отданы в счёт накопившихся долгов, а того, что осталось, хватило лишь на новые джинсы для Полины и замену розеток в квартире.

– Не грусти, – бабушка ласково сжала руку внучки и посмотрела ей в глаза. – Всё обязательно наладится.

– Как наладится, ба! – всхлипнула Полина. – Ты же видишь, с каждым днём становится всё хуже.

Настасья Павловна покачала головой, услышав очередной всхлип за стеной.

– Если бы можно было вернуться назад и всё исправить! Уговорить родителей не продавать дом! – взволнованно сказала Полина и жалобно посмотрела на бабушку. А та будто размышляла о чём-то своем. Помолчав какое-то время, она серьёзно посмотрела на внучку:

– Может быть, так действительно лучше, – сказала Настасья Павловна, и Поля взглянула на бабушку с непониманием.