Цифры вчерашнего дня

Но девчонка точно не знает, куда! Я отправила её домой, пусть расспросит родителей, вдруг они что-то знают о старом фотоальбоме. Теперь она – наш единственный шанс снова заполучить его.

– Твою ж… – мужчина выругался. – Значит, пусть девчонка ищет альбом. Теперь, безусловно, нельзя убирать её из игры. А ты глаз с неё не спускай! Уверена, что она вернётся?

– Она хочет спасти бабку, а моноблок есть только у меня, и ей это доподлинно известно. Она прибежит как миленькая!

– Я надеюсь на тебя, Травница, – голос в трубке потеплел, и женщина помимо воли улыбнулась.

– Я не подведу, – сказала она, чувствуя, как радость переполняет её изнутри. Ради него она сделает всё, что угодно.

* * *

Оказалось, что будущее изменилось очень избирательно, и Полина так и осталась жить в той же старой маленькой квартирке на верхнем этаже высотки. И судя по обшарпанной, давно требующей замены входной двери, денег у её семьи так и не было. Девочка открыла дверь своим ключом и с бьющимся где-то в горле сердцем шагнула в полутёмную крошечную прихожую.

Из кухни вышла мама, выглядела она уставшей и какой-то постаревшей.

– Наконец-то ты дома, Полюшка. Отец плохо себя чувствует, опять не спал всю ночь. Лекарство привезла?

Поля кивнула, отдавая коробку с лекарствами, которую выдала ей Ратмира Петровна, уверяя, что там есть всё необходимое для её отца.

– Святая женщина! – всплеснула руками мама Поли. – Если бы она не дала нам эти лекарства в долг, я и не знаю, что бы мы делали. Она уже несколько лет так оберегает нашу семью, – мама покачала головой.

– А что с папой? – с тревогой спросила Полина. Её отец, Юрий Андреевич, на здоровье раньше никогда не жаловался.

– Полина, ты меня удивляешь, – мама строго сдвинула брови. – То ты забываешь о смерти бабушки, теперь о том, что твой отец инвалид второй группы и очень болен…

Полина пискнула и не разуваясь побежала в комнату, не в силах дальше слушать маму. Отворив дверь, она зашла в родительскую спальню. Тёмные бордовые портьеры создавали пещерный полумрак.

– Поля, дочка, проходи, – отец лежал в кровати, укрытый одеялом.

– Папа… – девочка прижала руки к губам, грудь сдавило. – Папа, что же с тобой такое?

– Да что ты, Полина, я держусь, я молодцом… – отец, слабо улыбнувшись, протянул руку, приглашая дочь присесть рядом.