Краткая история David Bowie

Я знал музыку в основном по радио, немного по телевидению, а еще – благодаря обсуждению на школьном дворе с друзьями, у которых были старшие братья и, таким образом, имелся доступ к таинственному знанию музыкальных стилей и имен. Свежесть считалась для нас важнейшим музыкальным качественным критерием, даже когда мы еще ничего не слышали о панке. Так я познакомился с The Sweet: у моего друга был сингл Action, и я решил, что люди с обложки Desolation Boulevard играют динамичную музыку (что было лишь частично правдой, но вскоре уже не имело значения).

Я уже не помню, как мне удалось добраться от них до Боуи, который имеет такое же отношение к The Sweet, как Beatles к Monkees. Я полагаю, что уже само имя Боуи звучало для меня как таинственная элегантность, как девиз эксклюзивной, но в то же время понятной, лишенной пафоса империи видимого и слышимого. DAVID BOWIE – даже рисунок шрифта отличался от сложных латинских названий групп, которые знали братья моих друзей. Почти на всех фотографиях Боуи была запечатлена четко очерченная фигура, которая хоть и выглядела всегда по-разному, но каждый раз представляла собой гротескную альтернативу бородатой неповоротливости Jethro Tull, Uriah Heep или Pink Floyd (идущие следом мистерии тех лет, вскоре меня разочаровавшие).

В 1977 году в магазине грампластинок уже можно было увидеть Low и Heroes с их необычайно простецкими обложками, но я для себя остановился на более старой пластинке Боуи The Rise and Fall of Ziggy Stardust and the Spiders from Mars, выпущенной на пять лет раньше.

Так или иначе, в 1970-е годы концепция новинок была выражена слабо – при каждом посещении магазина можно было видеть одни и те же имена, названия и изображения. Собственно, поскольку музыку можно было прослушать только после покупки, почти всё всегда было новым.

Обложка грампластинки Дэвида Боуи The Rise and Fall of Ziggy Stardust and the Spiders from Mars (RCA)

The Rise and Fall of Ziggy Stardust and the Spiders from Mars: наряду с безумно длинным названием, которое звучало скорее резко, чем претенциозно, – это был не альбом английской прогрессивной рок-группы Genesis The Lamb Lies Down on Broadway! – на меня прежде всего произвела впечатление передняя сторона обложки.

Это была раскрашенная вручную черно-белая фотография: ночной вид города, неестественные цвета которого придавали сюжету нечто нереальное, но в то же время очень узнаваемое.