Два капитана

– Друг? – переспросил Андрей и пристально взглянул на Конана своими светло-голубыми, будто выцветшими глазами.

– Да, Андрюха, именно так. Нас с тобой вон как жизнь раскидала, но мне снова повезло с другом.

– Ладушки, – на этот раз внимательно взглянув на Диконенко, кивнул товарищ, – это дорогого стоит. Твой друг, Ваня, и мой друг. Вы заказывали уже что или нет?

Услышав отрицательный ответ, гость взмахом руки подозвал официанта. Пока сервировали стол, разговор между Иваном и Андреем шел самый обычный: как сам, работа, жены, дети? Как это обычно и бывает у друзей, которые давно не виделись.

Оказалось, что Андрей Демьяненко сменил фамилию и звался нынче Андрием Мазепой. И ко всему прочему руководил риелторским агентством «Гетьман».

– А чего Мазепа-то? – удивленно вопрошал друга Иван, когда содержимое первых бокалов какого-то весьма неплохого испанского вина перекочевало в желудки друзей. – Стремно же! Или фамилию жены взял?

– Ваня, дружище, – весело ответил Андрей, – такова конъюнктура местного рынка!

– Это ты сейчас на каком языке разговаривал? – Дикий округлил глаза в притворном удивлении.

– Да ты пойми, лучший способ ловить рыбу – это выглядеть такой же, своей в доску, рыбой.

– Да? А я думал, что тротил – лучший способ ловить рыбу! – заржал Иван, вытягивая из пачки товарища сигарету. За столом да в хорошей компании он не упускал случая покурить, хотя в повседневной жизни такой привычки не имел.

– Согласен! – с важным видом кивнул головой Демьяненко-Мазепа и поднял кверху указательный палец.

– За то, чтобы наши задницы сохранялись и без бронеплиты! – провозгласил тост Серега.

– Уйди, противный, – не смог смолчать Ваня, тем не менее поддерживая тост.

– Так вот, ребята, – продолжил Андрюха, – с такой фамилией ко мне ни одного вопроса не возникло даже у самых оголтелых нациков.

– А власть сменится, снова фамилию менять будешь? – поинтересовался Сергей.

– Там видно будет. Мне, вообще, когда паспорт новый получал, старая паспортистка напророчила, что следующим этапом будет смена родины, – беспечно махнул рукой киевский риелтор. – Это в России все более-менее устаканилось, а здесь жизнь бурлит и бьет ключом, как в девяностых.

– Что есть, то есть, – согласился Дикий.