Вейгард

– Не-э-э-э понял…

– Скажи лучше мне вот что. Ты нас сюда так ловко зашвырнул, может, ты нас можешь и на поверхность забросить?..

Поскольку карлик вытаращился на меня с явным недоумением, я осознал, что требуются некоторые уточнения, присел на корточки и принялся водить пальцем по песку:

– Ну, там травка зеленая, вот такая, деревца растут, вот они, видишь, небо голубое, тучки такие славные над головой плывут, солнышко светит…

Куксоил замер, при виде моего рисунка он испытал нечто похожее на священный ужас.

После того как я пририсовал к солнечному диску несколько длинных лучиков, он отшатнулся от изображения на песке, прикрыл глаза ладошкой и издал протяжный стон.

– Понятно, – вздохнул я.

– Не-э-э-э понял, – выдавил в ответ карлик, раздвинул пальцы и осторожно посмотрел между ними.

Поскольку беседа у нас явно не заладилась, я испытал сильное разочарование, смахнул рукой «Внешний мир» и поднялся на ноги.

– Жаль, – сказал я, – а мог бы стать состоятельным гражданином, почетным гражданином Стерпора на пожизненном социальном обеспечении, и тачку бы толкать не пришлось.

Я пожал плечами – мол, о чем с тобой еще говорить, – и двинулся дальше по подземному лабиринту, может, выведет меня куда-нибудь.

Карлик вдруг разволновался, догнал меня и, схватив за плечо, резко повернул к себе:

– Не-э-э-э надо туда… э-э-э… ходить, Куксоил знает…

– Это еще почему? – спросил я, хотя в принципе уже ожидал, что именно услышу в ответ.

– Не-э-э-э по… – начал он.

– А ну заткнись! – раздраженно перебил я его.

 – Ты же вообще ничего не понимаешь, то есть совсем ничего. Откуда ты знаешь: можно туда ходить, нельзя туда ходить? Ты просто не можешь этого знать, потому что ты ТУПОЙ! ТУПОЙ! Повторяю по буквам – Т-У-П-О-Й! Понимаешь?

– Не-э-э-э понял, – скорбно ответил он и собирался было развести руками, но ладошки ударились о стены подземного коридора, и Куксоил, поскуливая, принялся потирать их.

Я уже собирался развернуться и отправиться в другую сторону, когда карлик вдруг сделал над собой титаническое усилие и почти внятно произнес:

– Там… э-э-э… пещера охе-э-эранителей…

– Охера… кого?

– Охе-э-эранителей, – пояснил он и закивал так, что мне показалось – сейчас у него голова оторвется.

– Охранителей чего? – спросил я.

Но, должно быть, выдавить из себя еще несколько слов было выше его сил, и он это чувствовал, поэтому только тяжко вздохнул и, пребывая почти в истерике, бешено замотал головой, на сей раз из стороны в сторону.