Зов Пятиликого. Эхо грядущей бури

Но насчет награды, думаю ты прав – на нее рассчитывать не стоит. Помимо многих людей гильдия вчера потеряла Исток, а с ним и уйму денег. В этом обвинят меня, но все же…

С трудом удержавшись от того, чтобы улыбнуться, я с удивлением и радостью отметил про себя деталь по поводу Истока. Потерян! Великолепно. Это куда больше, чем я рассчитывал, однако, пока девушка говорила, сосредотачиваться на словах становилось все сложнее, уж больно сладок казался голосок. Вот ведь наградила природа – и собой хороша, что не описать, и болтает, заслушаться можно.

– Ты меня слушаешь? Тамор?

– А? – я понял, что и впрямь отвлекся.

– Я говорю, тебе нужно показаться нашим магам. Среди них есть лекари и… – она чуть помедлила, прежде чем закончить. – У тебя же провалы в памяти! С этим лучше не шутить.

– Лекари, – пренебрежительно, бросил я. – У нас в Каганате тоже кое-что понимают во врачевании. Асхар неспроста взял меня в отряд, а именно потому, что я знаю и как сустав вправить, и как рану зашить, чтоб человек не помер.

– Тогда может сам объяснишь, что с тобой происходит?

– Сотрясение мозга у меня, потому и голова болит, и под глазами небось круги темные. Верно же? – спросил я и обернулся, указывая пальцем себе над скулами.

– Верно, – неохотно ответила Авена.

– Вот то-то и оно. Да еще похоже горло ночью застудил, голос совсем чужой. Жаль у вас тут сплошь колючки да перекати поле. Отвар бы сделать на ромашке, с мятой и шиповником – вмиг бы все прошло. Можно к такому отвару еще меда добавлять, листья смородины опять же. Ты здесь на юге небось о таком и не слышала?

Авена молчала, глядя куда-то вдаль, а я покачал головой, оттого что разговор не ладился. Но коротать дорогу слушая лишь стук копыт да фырканье ослов не хотелось.

– Впрочем у вас и простуды-то наверно не бывает.

– Бывает. Зимой у нас тоже холодно.

– Разве ж это холод? Вот на севере холод, так холод. Помню в войске Каганата я служил. В специальном… То есть пехотинцем обычным. Так у нас случай был, что один боец особо суровой зимой отправился в поле по большой нужде, да так и не вернулся. Сперва думали зверь задрал, но право же не хорек на него набросится? Крупный зверь не дурак, рядом с войском ходить боится.