Антим 2. Танцы на костях

– Это прекрасная новость, о доблестный рыцарь, – сказала девушка, отвлекая на себя внимание мужчины. – Есть только одна проблема… Все деньги королевства я отдала одному старому антиму, а затем наши дороги с ним разминулись. Так что мне совершенно нечем вам заплатить.

– Вашей нежной улыбки было бы более чем достаточно.

Лани улыбнулась и игриво заметила:

– Вы сказали более? Стало быть, Вы еще окажетесь мне должны?

– Мне кажется, что я Ваш должник с самого своего рождения, – ответил Иован, удивляясь изяществу собственных комплиментов.

– Боюсь все Ваши усилия напрасны, славный рыцарь, – иронично ответила девушка и Иован вздрогнул как от пощечины, но в следующий миг Лани тепло улыбнулась, продолжив томным голосом: – Потому как по отношению к Вам в моем сердце давно пылает пожар.

Иован одним движением оказался возле нее, подхватил девушку на руки и прошептал:

– В таком случае, любовь станет наградой для нас обоих!

Щеки Лани покрылись румянцем смущения, затем она щелкнула пальцами, отчего в стене зала образовалась широкая арка, украшенная сотнями изумрудов и топазов.

– Нам туда, – кротко проговорила девушка, избегая его взгляда.

Помещение оказалось спальней, где потолок, стены и пол сверкали ослепительной белизной. В центре стояла огромная кровать с алыми шелковыми простынями, чуть возвышающаяся на небольшом постаменте и прикрытая нежно-розовым кружевным балдахином, наподобие палатки.

Из общего единства обстановки выбивался лишь маленький белый столик, на котором рыжим пятном выделялся все тот же лисенок, лежащий теперь на животе и, продолжавший с интересом за ними наблюдать.

Решив не обращать внимания на странности сновидений, Иован опустился с девушкой на кровать и начал покрывать ее тело поцелуями, стягивая облегающее белое платье со стройной девичьей фигурки.

– Постой, – с улыбкой прошептала Лани. – Сейчас я останусь совсем без одежды, а на тебе все эти железки.

Иован с досадой подумал, что она права, но снятие пластинчатого доспеха занятие долгое и от романтического обнажения весьма далекое, однако не успел он еще закончить свою мысль, как элементы брони сами собой поотлетали, с глухим звоном покатившись по полу, а под ними оказалась лишь шелковая рубашка, не прикрытая даже стеганой или хотя бы акетоном.

– Хорошо, что я реально в этом не воевал, – усмехнулся мужчина.