Времена

Еврейско-большевистская опасность – опасность не только для немцев, но и для всех свободолюбивых народов. – Буххольц открыл тетрадку с конспектом.

– Я только вчера вернулся из Нюрнберга, где был на митинге. Послушайте, чему учит нас доктор Геббельс, и что мы обязаны беспрекословно принять: «Еврейство, признанный и разоблаченный носитель большевистской мировой революции, по существу представляет собой антисоциальный и паразитический элемент среди культурных народов. В большевизме оно нашло подходящую почву и может здесь процветать».

Альберт Бур поднял руку, намереваясь что-то сказать.

– Чего тебе, партайгеноссе Бур? – нетерпеливо спросил Буххольц.

– Я служил у одного еврея в магазине, Эрих, так хозяин до того ругал большевизм, что аж красным становился, как варёный рак. Слышать о нём ничего не желал. Вообще скажу вам, не дурак был.

– Все евреи дураки, партайгеноссе Бур, – с чувством превосходства произнёс Буххольц. – Тебе, Альберт, недостаёт политической грамотности, как, впрочем, всем нам, – он полистал тетрадку и, остановившись на важной странице, прочитал: «Я всегда придерживался мнения, что есть разные расы: умные, очень умные, менее умные и совершенно неразумные.

Я всегда считал наш немецкий народ очень умным, и я всегда считал еврейство самым неинтеллигентным, если не сказать, самым глупым в мире». Кто это сказал? Это сказал Адольф Гитлер. Хайль Гитлер, партайгеноссен!

– Хайль Гитлер! – со взволнованными лицами хором ответили присутствующие.

– А теперь думай, Альберт, – рассудительно продолжил Буххольц, – если всё мировое еврейство глупое, то может какая-нибудь его часть быть умной?

– Логично, – согласился хор.

Альберт Бур расстроенно крякнул и почесал затылок.

– Да кто такой, собственно, еврей? – запальчиво вступил до того молчавший доктор Шульце-Нолле. – Это враг мира, уничтожитель культур, паразит среди народов, сын хаоса, воплощение зла, фермент разложения, пластичный демон распада человечества!

– Браво, Александр! – воскликнул Фогт.

– Да нет, – скромно потупился Шульце-Нолле, – доктор Геббельс…

– Вернёмся к нашим делам, – Буххольц отложил тетрадку и смочил губы пивом.

 – Мы должны отчитаться за прошедший период. Давайте подведём некоторые итоги. И я должен, к сожалению, нелицеприятно указать сразу на наших товарищей. На некоторых из присутствующих.

– Да он врёт, этот сержант! – закричал с дивана Генрих Бур, догадавшись, куда гнёт шеф.

– Есть протокол сержанта полиции Эккардта, – сухо возразил Буххольц.