Царская чаша. Главы из Книги 1

– Добро, может, сготовишь когда мне. Лекаря аглицкого поучишь.

Говорил государь, вроде бы, без язвы своей всегдашней, устало и мягко даже. Однако Федька укорил себя за несдержанность, сознавая правоту Охлябинина, остерегающего его не раз от желания на любимых государем аглицких докторов замахиваться со своими снадобьями.

Федька опустил голову, обувая ноги государя в домашние войлочные тапки.

– Изволь, отойду ладони омыть.

Иоанн кивнул, откидываясь на подушках.

Вернувшись через положенное время, Федька укрыл его ноги одеялом шелковым, на меху медвежьем, и под голову валик атласный алый подложил, как Иоанн любил.

– Федя, жалуются мне на тебя тут…

Он сглотнул, не вставая с коленей перед кроватью.

– Буянишь, говорят. Обижаешь моих орлов!

Молчал Федька смиренно, только не в пол ковровый глядя, а на некое войско как бы перед собой.

– Говорили мне, что приказывать ты орлам моим вздумал, чего и как им делати.

Молчал Федька, и головы не поднимал.

– И ударил ты, будто, за это сотника Сабурова, при всех в палате трапезной давеча.

– Не за это!

Иоанн помолчал, вздохнул.

– А за что же?

– Не было таких там слов, государь. Вяземский Афанасий – начальник войску, тобою поставленный, с тем бы я не спорил в уме своём и по чести. Не те слова его были!

Иоанн снова вздохнул.

– Ладно. Ступай, отдохни, Феденька.

– Государь! Прости!!! – вдруг не вынес и кинулся целовать ему руку Федька. – Ну прости!!! Ну не было разговору о Вяземском! Не было!!! О другом мы …

– А о чём было?

– Да объявил я всем протрезвиться назавтра, как ты пожелал, да и всё! Не командовал никем, что я, умом хворый, что ли. Одно же дело делаем, одному служим. Васька опять дрянь понёс свою, а я, как малец какой сопливый, поддался, каюсь в том, государь! А тут…

– Иди, Феденька, отдохнуть нам надобно, – прервал запинающиеся признания его Иоанн.

Мука недосказанного рвала его грудь, но… ушёл, и лёг на лавке рядом, как государь указал, ни слова более не сказавши.

– Не виновен я, государь, ни в чём! Допроси их, свидетелей этих, как следует! И меня, с ними заодно! – не выдержал, вскрикнул Федька.

– Верю… Верю тебе… Сказал же.

Назавтра вовремя на смотр не явившихся ратников ждало наказание.