Исповедь чекиста. Тайная война спецслужб СССР и США

И возникает вопрос, что толку в том, что толпы экскурсантов, подобно стаду овечек, следуют за экскурсоводом из комнаты в комнату усадьбы Л. Толстого или, по неведомо кем приведенным в состояние общаги бомжей, комнатам Кремлевского дворца, в которых якобы в алюминиевом чайнике кипятил чай великий вождь мирового пролетариата В. Ленин.

А ведь никто из посетителей не стал подобным Л. Толстому, В. Ленину или И. Сталину. И шатаются по этим местам кому делать нечего или политические Остапы Бендеры, которым выгодно полоскать мозги населению, и либо получать от посетителей деньги, либо засорять их мозги.

Однако вместе с тем привычки и традиции жанра уже сформированы давно. Их следует придерживаться.

Мое рождение произошло незаметно не только для общественности, но и для ближайших родственников на самой границе между Молдавией и Украиной. Эти братские народы разделяла только 3-метровая грунтовая, типичная, так сказать, для сел, проселочная дорога. Тогда еще никто не додумался тратить миллионы бюджетных денег на содержание сотен тысяч пограничников и таможенников.

Во всяком случае, после гибели отца на войне в 1944 г., смерти матери, последовавшей после получения известия об этом, и гибели в этот же день моего старшего брата, ни один родственник не смог назвать точную дату моего рождения. В сельской управе или в церкви также следов не осталось. И та, и другая были уничтожены при бомбардировке немецких позиций наступающей Красной армией. В противоположность этому немецко-румынские войска спокойно прошли по Молдавии, через наше село и без особых боев пошли в сторону Одессы в 1941 г.

Жизнь в селе осталась без изменений. Бывшие колхозники теперь отдавали часть урожая (причем значительно меньшую) немецко-румынским оккупантам, а не представителям советской власти.

Но через три года, т. е. в 1944 г, ситуация изменилась. Надо же было немцам устроить опорный пункт в нашем селе. Помню, как недалеко от хаты стояла минометная батарея. О том, что это минометная батарея, я узнал, когда в 1959 г.

Помню, что немцы, румыны угощали нас, пацанов, мандаринами. Потом я долго не мог узнать, как назывались эти вкусные «маленькие желтые кабачки». Спрашивал своих старших сестер, но ответ получил только, когда был переведен для дальнейшей учебы из детдома в школу-интернат № 2 города Одессы в 1956 г.