Виктор Тихонов творец «Красной машины». КГБ играет в хоккей

– Как говорится, лиха беда начало, – улыбнулся в ответ Красовский и нажал на кнопку записи. – Представьтесь, пожалуйста, и расскажите, как вы познакомились с Борисом Александровым.

Уставившись на диктофон, хозяин квартиры начал монотонно рассказывать о своих детских годах и знакомстве с героем данного интервью. Красовский слушал этот рассказ и мысленно скучал, понимая, что из этого комплиментарного потока информации выжать «бомбу» ему не удастся. Надо было направить разговор в другое русло – в сторону негативных воспоминаний, но действовать надо было осторожно, чтобы не спугнуть ненароком рассказчика.

– Можно я задам вам один вопрос, – поймав хозяина квартиры на паузе, подал голос Красовский. – Вам не бывает иногда обидно за то, что у Александрова судьба в хоккее сложилась хорошо, а лично у вас не очень?

– А чего завидовать, если Борьке на роду было написано стать выдающимся хоккеистом, – без тени недовольства ответил Жданов. – Они с Равилем Гатаулиным были лучшими из нас и просто должны были пойти дальше.

– Но вы-то из хоккея вообще ушли.

– Я мужик не амбициозный, а вот Борька наоборот – прет к славе, как танк. Такие всегда своего добиваются.

– Но вы видите, как ему его амбиции сегодня аукнулись – «Советский спорт» его сильно приложил. Как думаете, поделом?

– Вам, журналистам, лишь бы написать – работа у вас такая.

– Считаете, что наговор это?

– Может, и не наговор – Борька он, конечно, мужик с говнецом.

– В каком смысле? – стараясь не выдать своей откровенной заинтересованности в этой теме, спросил Красовский.

– В прямом – может человека обидеть, а прощения попросить забудет. Но он парень отходчивый – долго зла не держит. Вот журналист «Советского спорта» только одну сторону Борьки описал, а про вторую ни слова. А это неправильно. Я так понял из разговора с Кустаревым, что вы к нам приехали, чтобы эту вторую сторону освятить. Правильно?

– В общем да, – соврал Красовский.

– Как-то неуверенно вы это сказали, – насторожился Жданов.

– Просто, если написать один сплошной панегирик, то читатель этому не поверит. Времена сегодня иные и на голом пафосе народ уже не проймешь. Вот вы так красочно рассказали про детство Александрова, про то, как он тогда хоккей самозабвенно любил. А какие-то конфликты у него возникали с товарищами или с тренерами?

– А зачем вам его конфликты?

– Я же говорю, что писать надо на контрастах – белое чередовать с черным. Чтобы читатель нам поверил.