Виктор Тихонов творец «Красной машины». КГБ играет в хоккей

Как он может возглавить ЦСКА и сборную, если главный болельщик армейцев – наш генеральный секретарь? Кто может дать гарантию, что Леонид Ильич согласится заменить армейца Локтева на динамовца Тихонова, да еще из Риги?

– Проблема серьезная, но и она решаема в свете последних событий. Из наших агентурных источников нам стало известно, что Леонид Ильич очень сильно переживает по поводу нездоровой ситуации в его родном клубе. Особенно сильно на него повлияла история с Борисом Александровым. Если мы сумеем грамотно воспользоваться моментом, то можно убедить Леонида Ильича согласиться на замену главного тренера ЦСКА и сборной нашим выдвиженцем – Тихоновым.

– Даже если ЦСКА станет чемпионом, а наша сборная победит в Вене?

– Эти победы не гарантируют нам светлого будущего даже в ближайшей перспективе, о чем я уже говорил в начале нашего разговора. Поэтому надо попытаться ненавязчиво подтолкнуть Леонида Ильича к тому решению, к которому он и сам уже начинает склоняться. Ведь он любит хоккей не меньше нашего.

– Я подозреваю, что у вас, Эрнест Леонардович, уже есть люди, которые этим подталкиванием занимаются? – и Андропов взглянул на собеседника поверх своих очков.

– Кондратьев из Спорткомитета во время охоты с Леонидом Ильичем в Завидово имел с ним разговор на эту тему. И сообщает, что наш Генеральный секретарь уже говорил с генералами из Минобороны о том же самом. Судя по всему, очень скоро он захочет обсудить это и с вами, Юрий Владимирович.

– Вы в этом так уверены?

– Не с Дмитрием же Федоровичем Устиновым ему об этом говорить – тот к хоккею, по большому счету, равнодушен.

– Может у вас и дата этой встречи где-то проставлена?

– Полагаю, все произойдет достаточно скоро – когда ЦСКА, например, потерпит ряд поражений, что добавит лишнюю толику расстройства Леониду Ильичу.

– А армейцы потерпят эти поражения? – в голосе Андропова ясно слышалось сомнение.

– Судя по той нездоровой обстановке, что сложилась в команде, обязательно. Это, кстати, зафиксировано в тех документах, которые я вам принес, – и Спрогис положил ладонь на папку, лежавшую справа от него.

– Хорошо, оставьте ваши бумаги, я их обязательно посмотрю, – и Андропов опустил карандаш в специальный пенал на столе, показывая тем самым, что разговор окончен.