Свет погасших звезд. Они ушли в этот день

И она поднималась, начинала жить с ощущением, которому могла бы позавидовать не одна женщина…»

Будучи любимой, Марченко уже гораздо легче переносила свою невостребованность в кино. Тем более муж сумел найти применение ее таланту: стал устраивать творческие вечера Марченко от «Москонцерта» в разных уголках страны. Так продолжалось на протяжении почти семи лет. А потом брак Марченко и Войтенко распался. Виновата в этом была Марченко, которая в 1975 году встретила новую любовь. Это был художник-график Сергей Соколов.

Расставшись с Войтенко, Марченко прекратила выступать с концертами и целиком сосредоточилась на работе в Театре-студии киноактера. Там у нее были две небольшие роли в спектаклях «Гармония» (1978) и «Полынь» (1980). Кроме этого, Марченко снялась в нескольких фильмах, самыми известными из которых были два фильма Эльдара Рязанова: «Служебный роман» (1977) и «О бедном гусаре замолвите слово» (1981). Правда, роли Марченко в них были столь крохотными, что не каждый зритель мог их разглядеть.

В 1982 году «сверху» было дано указание сократить актеров Театра-студии, давно не снимавшихся в кино. Марченко попала под это сокращение и была переведена на «Мосфильм». Но не в качестве актрисы – в этом плане на Марченко уже поставили крест, – а ассистентом режиссера 1-й категории.

С Соколовым Марченко прожила 21 год. И разлучила их смерть Сергея. Это случилось во время отдыха в деревне Лисицыно Тверской области.

После смерти горячо любимого мужа у Марченко случился сильный психологический стресс. Как пишет ее родная сестра Г. Дорожкова: «Казалось, она умерла в один день с мужем, так мало была она похожа на себя: несвязная речь, отрешенность от всего, тяга к спиртному как единственному спасению от душевной муки, поведение, которое по всем законам логики объяснить невозможно.

Включилась программа на самоуничтожение. Вернувшись в деревню к девяти дням со дня смерти Сергея (до этого я находилась в Москве на лечении), застала Люду в состоянии тяжелой депрессии, она едва узнала меня. Предстояло ее «встряхнуть», вывести из этого. Прежде всего я уговорила ее перейти в мой дом, нельзя было оставаться одной.