Российский хоккей: от скандала до трагедии

В Стокгольме канадцы сыграли две товарищеские игры со шведской сборной (16 и 17 сентября), поскольку канадцам надо было адаптироваться к европейским площадкам (в Канаде ледовое поле 60 на 26 метров, а в Европе – 61 на 30). Первую игру гости выиграли 4:1, а вот во второй ушли от поражения лишь за 47 секунд до финальной сирены – гол забил Фил Эспозито (4:4). Однако в обоих матчах канадцы вели себя настолько грубо, что вызвали справедливое возмущение тамошней публики (канадцы устроили побоище даже во время перерыва – у входа в раздевалку хозяев, за что удостоились от тамошней прессы прозвища «банда горилл»).

Как пишет К. Драйден:

«Нашему медовому месяцу со шведской прессой определенно пришел конец. Мы снова превратились в животных. Стернер в своей статье обозвал нас «гангстерами». Посол Канады Маргарет Мигер тоже отчитала нас. Она дипломатично заметила, что мы вели себя как настоящие скоты. Алан Иглсон не очень дипломатично отреагировал на ее замечание, посоветовав ей не вмешиваться не в свое дело.

Забавно прокомментировал все эти события корреспондент «Монреаль газетт» Тед Блэкмен.

«Ну и ну, – сказал он мне. – Ваши рукопожатия после вчерашней игры выглядели не без смысла – мол, извини, приятель, что я хотел выбить тебе глаз; прости, друг, что я треснул тебя клюшкой по голове…»

Кстати, в Стокгольме был наблюдатель от сборной СССР – Борис Майоров. Когда он вернулся на родину, то сообщил своим коллегам: «Канадцы едут к нам очень сердитые». Но наши игроки не придали этому особого значения, полагая, что канадцев им нечего бояться.

Ведь они обыграли их у них дома, а уж у себя обязательно еще раз положат на лопатки. Как говорится, дома и стены помогают.

Тем временем Москва, как и вся страна, жила в предвкушении предстоящих игр. Все билеты на четыре предстоящие игры были давно распроданы, а миллионы других болельщиков собирались наблюдать за играми по телевизору. Благо советское ТВ должно было вести прямые трансляции.

Однако отвлечемся на время от хоккея и напомним читателю, чем же еще, помимо хоккея, жила в те дни советская страна.

Итак,

Хроника событий (11–20 сентября)

В понедельник, 11 сентября 1972 года, Василий Шукшин с женой и двумя дочерьми переехал в новую квартиру: из малогабаритной «двушки» в Свиблово въехал в четерехкомнатные хоромы в доме на улице Бочкова, что возле метро «Щербаковская» (ныне – «Алексеевская»). Вся семья была счастлива, но особенно радовался Шукшин, у которого впервые в жизни появился собственный кабинет.