Девять окон восходящего Солнца

Днем здесь вновь выставят на продажу съестные продукты, различную домашнюю утварь и шелковые полотна с изображениями небесных светил, сцен охоты и поединков борцов.

Ветер, поменявший свое направление, дул с юга, и рыбой уже не пахло. Юноша пересек рыночную площадь и, обогнув место захоронения некоего святого[4 - По преданию, на этом месте в I веке н.э. был казнен и захоронен апостол Варфоломей.], вновь оказался рядом с башней. Стражники еще спали. Лунный свет упал на каменную плиту у входа, и он в который уже раз прочел затертое предписание: «Вступающий в храм, дотронься до своей тени на земле, и ты узнаешь известное мне!».

Окдар поднял глаза, посмотрел на башню и подумал: «Мне все же удалось спуститься с нее!». Обогнув башню, он побежал наверх по узкой, вьющейся лентой дорожке.

Пробираясь тесными дворами по извилистым узким улочкам, он направлялся к мидийской арке, расположенной в квартале гилянцев. Проскочив под аркой, он оказался перед храмом Атропата. По обе стороны от бронзовых ступеней, ведущих во двор храма, красовались башенки, а вдоль стен стоял жертвенный алтарь в форме бараньей головы с рогами. Пол храмового дворика был выложен каменными плитами и испещрен разными письменами.

За кварталом гилянцев располагался квартал ремесленников. Запахло жженой глиной.

Окдар остановился перед ремесленной мастерской своего учителя, где он служил подмастерьем. Вместе со своим мастером здесь они лепили на заказ глиняные светильники-чираги, кувшины и родовые тамги.

Из-за двери послышалась песнь: «Йа-Ра-Амон-Амон-Амон-Амооон…». Звучал мугам, посвященный богу Солнца – великому Амону Ра. Это была песнь-молитва мугов или магов, как их еще называли. Старожилы рассказывали, что эту песню сначала пели странствующие паломники, прибывавшие из Египта, с берегов великой реки жизни.

С давних времен, чтобы поклониться священным огням и послушать их песни, в город стекались отшельники-скитальцы с дальних и ближних окраин.

Жителям Бакуана нравилась печальная песнь-молитва, и местные певцы с чувственными голосами выучились петь ее не хуже самих мугов.

Никому уже и не известно точно, как все произошло на самом деле.