Блокпост-47Д

Отводит в сторону деликатную тему супружеских взаимоотношений. – Вот только мост задолбал, стучит, понимаешь… – Припомнив бытующие в отряде выражения, добавляет: – Заметьте. Опять неделю торчать, однако!

И действительно, недели полторы он денно и нощно с упорством автоманьяка ремонтировался. Как и любой счастливый обладатель российской развалюхи, пытаясь за этот срок сделать конфетку из металлолома.

* * *

– Хочу поведать вам, братья, о том, как мы отдаем свои жизни во имя Аллаха и родной отчизны.

на бандитскую сходку в Дарго.

– Мы знаем, что жизнь здесь имеет свой конец. Так знайте, дорогие мои братья: лучше нашим душам быть в раю, чем здесь, на родной земле под игом ненавистного врага. Пророк, да будет благословенно его имя, учит нас принимать смерть без страха. В наших сердцах всегда должен пылать праведный огонь гнева против завоевателей.

Совещание командиров проходило прямо в поселковой мечети, с плотно зашторенными, в целях светомаскировки, окнами. В чеченских и ингушских селениях культовые центры религиозных отправлений никогда не закрываются. В отсутствие штатного муллы любой желающий правоверный мусульманин в строго определенное время может туда войти и громогласно сотворить молитву и хвалу Аллаху на весь мир. Зачем же засвечивать жилище нужных людей, если всевышний сам предоставляет нейтральное место для сборища ваххабитов? Увидев выставленную вооруженную охрану, желание молиться в мечети у мирных жителей пропадает полностью.

– Посмотрите, братья! Неверные находятся в неполном километре от нас! Но они нас боятся! Аллах акбар!

Командиры, сидящие за большим столом, дружно подтвердили.

– Уаллах уаккибар!

Головные зеленые повязки с арабской вязью на шевелюрах бандитов колыхнулись и красиво блеснули атласом.

Хошмутдин одобрительно крякнул, подошел к большой карте, висящей на стене в обрамлении венков из свежих цветов, и продолжил проповедь (речь-инструктаж):

– Посмотрите, братья! Внимательно посмотрите! – Он ткнул пальцем в точку на карте: – Вот благословенный Дарго! А вот собаки! – Он опять, уже сильнее и со стуком, ткнул пальцем в ту же самую точку; при этом его густая борода гневно шевельнулась.