Джонсоны

Проснулся от того, что стало холодно. Вода была ледяная. Он вылез из ванны, насухо вытерся полотенцем и надел тёплый халат. Который сейчас час Джош не знал, но на улице светало. Зайдя в свою комнату, он увидел на часах семь утра. Вспомнив про вчерашний день, направился в комнату Рона, но там его не обнаружил.

«Зачем же я его оставил? – с ужасом подумал он. – Надо было спать в его комнате, вдруг он что-нибудь сделал с собой». С этими мыслями он побежал вниз.

– Рон! – позвал он мальчика, спускаясь по лестнице.

Увидев сына внизу, Джош выдохнул с облегчением. Рон сидел за обеденным столом и пил чай.

– Сынок, как ты? Ты помнишь, что вчера произошло? – спросил он у него, а потом увидел маленькую девочку, сидящую с ним за одним столом спиной к лестнице. – У нас гости? Кто твоя подруга?

– Это Моника, дочь Синтии.

– А где её мама? Она не будет волноваться, что дочери нет дома в такое время?

– Не будет, она мертва, – с улыбкой ответил Рон. – Мы вчера застрелили её в лесу.

От этих слов Джоша как будто электричеством ударило.

Моника повернулась, лицо её было точь-в-точь как после вчерашнего выстрела из ружья. На нём не было ни рта, ни носа, ни глаз, только отверстие. Когда она поправила волосы, Джош увидел сквозь её голову Рона.

– Здравствуйте, мистер Джонсон, не хотите выпить с нами чаю? – голос раздавался из отверстия в голове.

Джош оцепенел, он не мог поверить своим глазам. Вдруг на мгновение стало темно настолько, что он не мог разглядеть свои вытянутые вперёд руки, потом снова появился свет.

Моника стояла прямо перед ним и протягивала ему чашку чая, от неё веяло холодом, как веет холодом от открытого холодильника. Заглянув в чашку, ему показалось, что там что-то шевелится. Приглядевшись, он увидел, как на поверхности жидкости стали появляться черви. Джош чувствовал, что девочка улыбается, хотя и не мог это увидеть. Дверь открылась.

– А вот и мои родители! – радостно закричала она, не оборачиваясь.

В дом зашли двое людей в плащах и капюшонах, которые скрывали их лица. Один из них снял плащ.

– Правда она красавица? Лицом вышла в маму, а телом в меня, – радостно объявил мужчина.

Это был отец девочки, которого вчера застрелил Рон.

– Да ладно тебе, Митчелл, ты, как всегда, преувеличиваешь мою красоту, – сказала девушка, сняв капюшон.

Это была вторая жертва вчерашнего вечера. У неё, так же как и у Моники, не было лица.