Джонсоны

– Что это за место? – поинтересовался Джош, открыв дверь нараспашку, так, что солнце полностью осветило мальчика.

– Туда отправляют тех, кто плохо себя ведёт и дерётся, оттуда не возвращаются.

Джош вспомнил, что в приюте им рассказывали похожие истории про остров змей. Туда тоже отправляли непослушных детей, и они жили среди тысячи змей, которые постоянно кусали их. Все сироты очень боялись попасть туда, и многие стали бояться змей. Джошу тоже один раз приснился сон, как в комнате, где он спал, появилась сотня змей и все ползли к нему, а он ничего не мог поделать.

– И что же ты будешь делать, если я тебя выпущу на свободу? – с интересом спросил он.

– Не знаю, сэр.

Тогда Джош предложил то, что он хотел предложить, если мальчик откажется выдать своих друзей.

– А если я тебе предложу остаться на этой ферме? Мне как раз нужны помощники. Сначала поживёшь в сарае, а если будешь себя хорошо вести, можешь переселиться сюда.

Лицо мальчика тут же изменилось. Он посмотрел на Джоша, жмурясь от светящего на него солнца, прикрыв лицо маленькой грязной ладонью.

– А с животными можно будет играть? Мне сказали, что у вас их много, – с надеждой в голосе спросил он.

Джоша поразила простота этого мальчугана. Из всех вопросов его интересовал только один: не еда, не одежда, не сарай, в котором он будет жить, а может ли он играть с животными. Джош знал, что большой помощи от него ждать не следует, слишком мал, но что-то в глубине чёрствой души хотело его оставить.

– Только когда закончишь всю работу. Но знай, её будет много.

– Хорошо, мистер, – он впервые улыбнулся после вечернего избиения.

– Как тебя зовут? – спросил Джош, уже зная ответ на этот вопрос.

– Роналд, но все зовут меня Рон, фамилии я не знаю.

– Хорошо, Рон, иди умойся, в соседней комнате есть умывальник, потом иди в сарай и приготовь себе место, ближайшие пару месяцев это будет твоим домом.

Рон направился в соседнюю комнату, посмотрел на зеркало и начал отмывать лицо. Про то, что надо помыть руки, он даже не вспомнил, поэтому начал размазывать смесь засохшей грязи с кровью ещё сильнее по лицу. На всё ушло примерно десять минут. Когда он вышел, Джош увидел, что всё его лицо синее от вчерашних ударов, а нос распух.

«Это не перелом, я видел дюжину сломанных носов на войне, опухоль сойдёт через пару дней, синяки пройдут», – подумал он.