Джонсоны

– Вставай, бесплатное время для сна закончилось, – сказал он, пнув его ногой.

Мальчик начал шевелится. Когда он проснулся, то почувствовал, что голова и нос жутко болят. Всё лицо стянуло, как будто цемент застыл на коже. Вдруг он вспомнил, что вчера произошло, и резко вскочил.

– Ну что, скажешь, где твои друзья, или продолжим вчерашний разговор? – Джош сделал шаг к нему, сжав кулак.

– Нет, мистер, я не знаю их, мы встретились по дороге, когда шёл сюда, и я предложил им погладить собаку.

– Ты врёшь, – твёрдо сказал Джош.

 – Кто поверит, что трое детей встретились ночью в лесу. Где твои родители? Как они отпустили тебя так поздно гулять? Отведи меня к ним.

– У меня нет родителей, я из сиротского приюта, – он понимал, что врать уже бесполезно, может быть только хуже.

Джош чуть обмяк. Он даже не подозревал, что у него может не быть родителей. Выглядел он довольно хорошо для сироты. Но показывать этого не хотел.

– Посиди здесь, может, вспомнишь их имена, – с этими словами он захлопнул дверь и задвинул щеколду.

Окна давно были заколочены, а других способов выбраться не было, поэтому он спокойно пошёл завтракать в столовую.

Во время завтрака на Джоша нахлынули воспоминания. Он вспомнил себя пятилетним и как попал в сиротский приют. Ничего хорошего там не было, и он хотел иметь хоть каких-нибудь родителей, лишь бы жить в семье, а не там. На постоянно сурового и грубого мужчину напала хандра. Он тоже хотел иметь собаку, но там запрещали заводить всякое животное.

Если бы только ему разрешили завести маленького щенка, он бы любил и заботился о нём и, возможно, не вырос бы таким чёрствым.

Ещё Джош вспомнил про родителей. Их лица в памяти до сих пор. Глубоко в душе ещё маленький мальчик, который всегда мечтал найти их, чтобы отомстить, начал хотеть найти их, чтобы обнять. Он подумал о ребёнке, который, рискуя получить жёсткое наказание, а Джош знал какие могут быть наказания за любые проступки, а тем более за такие, прошёл через лес, чтобы погладить собаку, просто погладить.

После этого Джош окончательно размяк и ударился в воспоминания.

Он, безусловно, понимал, что дети знали друг друга, возможно, они даже с одного приюта. Когда Джош стоял и слушал, как они играют с собакой, один из ребят обратился к другому по имени. «Как же он его назвал? Джон, Джейсон, Аарон, Рун? Точно, Рон». Но тем не менее он не выдал их. Хотя мог, чтобы прекратились удары, но не стал.

У Джоша тоже был такой случай в приюте.