Мир тесен

Зверя бил, видите ли, непременно выстрелом в голову.

Но это было потом – горячая пища, родная мыльница, «Зверобой». А в первые два-три дня я не находил себе места. Вдруг пришло в голову, что если мы не пойдем к «Тюленю» за мотоботом, то его уведут финны. После ночного обеда я сказал Литваку:

– Ты с главным больше не говорил? Ну, насчет мотобота.

– Дык ён сам знае. – Литвак мельком прошелся по мне взглядом. – Надо яшче спытать, – сказал он, почесывая под заросшим подбородком.

– Спытай, – повторил я понятное белорусское словцо.

Он не дослушал, пошел проверять посты.

Ночь была прохладная, я мерз в своем бушлате, никак не мог уснуть. Я слышал плеск воды под веслами, тихие голоса на берегу у скал – это пришла шлюпка с Хорсена. Это Ушкало пришел – его прошлой ночью вызвал капитан в штаб отряда, и вот он вернулся.

Утром, когда мы завтракали сухарями, консервами и туманом, главстаршина Ушкало разжал твердые уста и сказал Литваку:

– Капитан дал добро на вылазку.

– От здорава! – Литвак улыбнулся, морща нос: его улыбка мне показалась хищной, не вяжущейся с обычно простодушным видом. – Шлюпка будзе?

– Будет тебе шлюпка. С кем пойдешь?

– С кем? – Литвак быстрыми желтыми глазами обвел нас, сидящих под большой скалой и занятых едой. – Вось, с Кузиным. Пойдзешь со мной за мотоботом? – обратился Литвак к рослому молчаливому парню в армейской форме, в ватнике, прожженном на правом боку. Тот кивнул. – Добра!

– Вдвоем не управитесь, – сказал Ушкало, – третьего надо.

– Разрешите мне пойти, – сказал я.

Ушкало, Безверхов и Литвак уставились на меня: мол, это еще кто голос подает?

– Я умею грести, – добавил я упавшим голосом.

– А яшче што ты умеешь? – насмешливо прищурил глаз Литвак.

Я отвернулся, чтоб они не видели моей вспыхнувшей физиономии.

– Ты, Земсков, сиди на телефоне, – услышал я глуховатый ушкаловский бас. – На телефоне сиди. Твое дело связь.

– Еремина, што ль, взять? – сказал Литвак.

– Лейтенант бы Ерему не отпустил, – сказал Безверхов. – Он Ерему жалел.

– Не гавары глупства! Жалел не жалел – што за размова? Война ж!

– Ладно. Только учти, Ефим: головой за Ерему отвечаешь.

Ночью пришла шлюпка с Хорсена – доставила термосы с горячим обедом и анкерок с водой. Кроме того, прислали восемнадцать касок – по числу наших голов – со строгим приказом капитана носить не снимая.

Мы быстро разгрузили шлюпку.