Хороший человек

Пусть на один день мы тут дольше, чем они, но мы можем рассказать им что-то такое, что возможно спасет им жизнь. Это важно. Только так мы сможем победить – действуя сообща и помогая друг другу.

– Мэт, ты слишком благороден для всех нас, – засмеялся Огаст. – Как будто герой из книжки про отважных рыцарей. Вас, лордов, всех такими воспитывают?

– Стараются всех, – улыбнулся Мэт.

– Вот те на! А нам с братьями наш папаша все детство говорил, что надо жить только для себя и в интересах своей семьи, что другие сами должны о себе заботиться.

– И как успехи у твоего папаши? – поинтересовался Огаст.

– Ну… – протянул он. – Его недавно уволили с башмачной фабрики. Сейчас он безработный.

– То есть урвать свой кусок он все-таки не смог? Подвела его теория.

– Ну, как сказать… Перед уходом он успел унести с собой целый мешок новеньких ботинок.

– Ого! Получается, что теперь вся ваша семья обута до конца жизни?

– Если бы… – с досадой проговорил Скотт.

Ребята дружно рассмеялись.

– В общем, лучше пока придерживаться идеи Мэта и помогать ближнему своему, – смеясь, сказал Огаст.

– К тому же, даже если теория Мэта и не сработает, то хотя бы можно говорить, что так поступают все лорды, – подметил Чарли и демонстративно выставил мизинец вперед.

Друзья закатились смехом.

– А все-таки действительно новеньких очень много, – просмеявшись, сказал Огаст.

– Скоро наступление, – качнул головой Мэт. – Мы копим силы для решающей атаки.

– Говорят, что на наши позиции должны прибыть танки. Для усиления наступления, – взволнованно сказал Чарли. – Вы представляете?! Танки! Вы когда-нибудь видели что-то подобное?

– Я как-то видел большой трактор, – спокойно ответил Скотт, не разделяющий волнения Чарли.

– Да что там твой трактор?! Танк – это же не просто техника. Это сложнейшая машина, созданная для разрушения! Военная мощь нашей страны! Представляете, какой он, должно быть, громадный и тяжелый. Говорят, что танкам вообще ничего не страшно! Можно стрелять в них из любых орудий, а им хоть бы что!

– Прям из любых? – с сомнением переспросил Скотт.

– Да! Немцы могут стрелять из своих винтовок сколько угодно, а ему все нипочем.