Горящие камни

– Вы по-прежнему служите в эвакуационном госпитале?

– Да. А вы где разместились?

– В бараке для офицеров. – Прохор махнул рукой в сторону длинного строения, белевшего свежестругаными бревнами. – Мои соседи разъехались, так что я остался один. Через три дня пойдет вперед и наша дивизия. Так когда мы с вами увидимся? Может быть, часов в девять?

– Давайте лучше в десять, – ответила Вера. – У нас очень много раненых, я могу не успеть.

– Как мне вас найти?

– Это будет вторая изба слева. Вы обещали принести мне сигареты, – напомнила Вера с улыбкой.

– Я не забыл, – сказал майор, расстегнул полевую сумку, вытащил пачку немецких сигарет и протянул Вере. – Берите. Трофейные. Мне сказали, что это женские сигареты. Можете не верить, но я почему-то знал, что мы с вами еще повстречаемся, поэтому и носил эту пачку с собой. С того самого дня, как мы с вами встретились, она лежала в полевой сумке. Все думал, как только увижу эту милую девушку, непременно ей передам. Хотя, конечно, мне больше хотелось подарить вам розы.

Вера бережно взяла пачку сигарет и заявила:

– Я больше люблю пионы.

– Обещаю, что буду дарить их вам ежедневно.

– Мне надо идти. Я буду вас ждать. – Вера смутилась и быстро зашагала в сторону двухэтажного здания с колоннами, бывшего когда-то барской усадьбой.

Три месяца назад свидеться в назначенное время им не удалось. Нельзя сказать, что Прохор был так уж расстроен этим обстоятельством, но досада присутствовала.

Находясь на передовой, Бурмистров не был обделен женским вниманием.

Порой это были случайные встречи, всего на одну ночь, в какой-нибудь деревушке, где-нибудь на постое у одинокой женщины, которая, изголодавшись без мужской ласки, дарила себя ему так неистово, как если бы это была последняя ночь в ее жизни.

Еще в таких случайных встречах всегда присутствовало не только желание, но и что-то сродни жалости. Парень уходил на фронт, возможно, возвратиться ему было не суждено. Жаркая встреча со случайной попутчицей по жизни должна остаться благодарностью за его воинский подвиг.

Может быть, солдатик вспомнит эту ночь на смертном одре, прежде чем навсегда смежит очи.

Именно сейчас, когда воспоминания о Полине рассыпались колючими обломками, неожиданно ему повстречалась Вера, удивительным образом напомнившая юношескую и, как выяснилось, единственную любовь.

Женщин у Прохора было немало, но в памяти они не задерживались, куда-то со временем исчезали.