Человек из прошлого

– Не подскажете, где вы были ночью с пятнадцатого на шестнадцатое апреля этого года? – сдерживая неудовольствие, спросил майор Щелкунов.

– А где ж мне быть-то? – ухмыляясь, ответил Мигуля. – Дома, конечно, был, спал без задних ног!

– Кто может подтвердить ваши слова?

– Бабка моя старая.

– Бабка? – переспросил Виталий Викторович.

– Ага, – кивнул парень. – Она самая.

– Хорошо… А где ваши родители? – задал новый вопрос Щелкунов.

– Нема родителей, – развел руками Мигуля и нахально уставился в лицо майора: – Еще вопросы имеются?

– Нет, – с легкой улыбкой ответил Виталий Викторович, внутренне собираясь дать допросу иной настрой.

Те, кто знал Щелкунова, внутренне подобрались бы и поостереглись, поскольку столь любезная улыбка не сулила ничего хорошего и означала крайнюю собранность майора и полную готовность нанести ответный удар. Развязного молодого урку следовало поставить на место. «Хотел, чтобы тебя поучили хорошим манерам? Что ж, тогда изволь!»

Улыбку майора милиции Веня счел за слабость и вызывающе усмехнулся: «Вот так с ними надо себя вести! Только такое обращение они и понимают!»

– Почапал до дома я, с утра не жрал! Кишки сводит! Бабка картошки наварила, – поднялся Мигуля.

– Не торопись. У меня еще один вопрос…

– Ну что там еще? – протянул Вениамин.

– Присядь пока.

С недовольным видом качнув головой, Мигуля сел:

– Если только ненадолго.

– Не переживай, ненадолго… Тут вот какое дело, имеется свидетель, который видел тебя возле дома доктора Гладилина в ночь на шестнадцатое апреля.

– Знаю я этого вашего свидетеля, – ухмылка Мигули сделалась еще шире. – Ему в обед сто лет. И что он, старый хрыч, мог видеть в окно ночью? Еще, небось, и в подпитии немалом был?

– Не торопись, это еще не все, – вкрадчиво произнес Виталий Викторович, не спуская с лица Вени глаз и пропустив последние его слова мимо ушей.

– Да как она могла меня узнать, когда Конь ее два раза топором по башке приложил… – возмущенно брякнул было Мигуля и тотчас прикусил язык.

Яркая краснота мгновенно разлилась по лицу парня, будто проходивший мимо маляр со всего маху плеснул на него алой краской из своего ведра. Как Мигуля проклинал себя в этот момент за свою несдержанность!

Ах, мусор, подловил все-таки!..