Защитник-1. Искра

Оказавшись внутри, я подумал, что вошёл в лавку антиквара. Весь кабинет был уставлен старинной мебелью из дерева. Столы, шкафы, стулья, старомодные, громоздкие часы с маятником – и всё в этом же духе. В шкафах имелось множество диковинных фигурок, на полках стояли массивные фолианты, и вообще я словно очутился в другом, далёком от передовых технологий мире.

На стене рядом с рабочим столом висела огромная картина в изысканной золотой рамке с изображением ректора в полный рост. Работа была выполнена столь искусно, что изображённый на картине Доран Грей казался живым.

Художник запечатлел ректора не в самом благодушном расположении духа. Казалось, что картина излучает агрессию. Мне с трудом удалось подавить ощущение, что портрет ректора за мной наблюдает и оценивает.

В голове что-то щёлкнуло. Я ещё раз оглядел обстановку кабинета, и уверенность в правильности сделанных выводов лишь возросла.

– Вы были рождены на Земле? – не смог сдержаться и спросил я.

– Верно, – довольно улыбнулся ректор.

 – Я родился в 1546 году в одной небольшой деревушке, название которой тебе ничего не скажет.

– А что, одарённые бессмертны? – выпучив глаза от озвученной даты рождения, выпалил я.

– Некоторые очень близки к этому, – уклончиво ответил ректор. – У каждой искры есть, скажем, своя особенность, ну или фишка, как привыкла говорить современная молодёжь. В моём случае, – он скосил взгляд на свой портрет, – это крайне высокий темп регенерации клеток организма. Пока на моём балансе есть эрго, меня очень сложно убить оружием обычных людей.

Стоп, какая-то знакомая история. Видел я как-то раз один фильмец, где присутствовал некто Дориан Грей. Совпадение? Возможно. Но вроде бы есть такая книга. Как бишь её? А, точно. «Портрет Дориана Грея». Кто написал не помню, но больно имя созвучно.

– А вы, часом, не Дориан Грей из старой книжки? – решил озвучить свои догадки я.

По скривившемуся лицу ректора я понял, что попал в точку.

– Угораздило же меня связаться с этим писакой, – недовольно буркнул ректор.

 – Кто же знал, что юнец, с которым я поделился историей свой молодости, вырастет в известного на всю Землю Оскара Уайльда, а потом превратит мою жизнь в фантастический роман, что будет популярен и по сей день.

Глава 4 История

– Надо будет почитать, – улыбнувшись, проговорил я. – Может, узнаю о вас что-то новое.

– Не стоит, – сдержанно ответил ректор. – Правды в том рассказе очень мало.