Золушка

Но когда она была на второй паре рельсов, за ней пахнуло ветром, а поезд уже взвизгнул на первой паре, и мчась покрыл то место, где она только что пролетела.

Она быстро нагнулась, взяла с земли свернутый красный флаг, обернулась и, выпрямившись, высоко подняла с ним руку.

Это была ее служба: «signaler le train», то есть, объявлять путь свободным.

Машинист с седой бородой все видел, перегнулся с тендера в сторону девочки и, вскинув руки со сжатыми кулаками, отчаянно крикнул:

– Проклятое создание! И ведь так каждый раз!.

.

Но поезд был уже далеко, и слов она не слышала.

Машинист обернулся к кочегару, нагнувшемуся у угля с лопатой, и взволнованно прибавил:

– Несчастный ребенок! Sacrе nom de nom…[1 - Черт возьми (франц)]

– Toujours – Elz? Gazelle?[2 - Опять, Эльза Газель? (франц)] – усмехнулся тот равнодушно.

– Да. Эльз?! И прозвище газели не поможет, увидите. Не нынче, завтра будет раздавлена. Et une belle enfant[3 - И ведь какое чудное дитя (франц)] – вот что обидно.

Этого оставить нельзя. Сегодня же отошлю докладную. Словесно наших чертей шефов и начальство не проймешь.

Девочка, однако, видела угрожающий жест машиниста и грустно задумчивым взором своих красивых черных глаз, будто неприязненно, провожала вдаль поезд. А он, как сказочный дракон, хрипя и обрызгивая землю злобной пеной, извивался железным туловищем и ускользал по зеленой равнине.

«Опять, пожалуется на станции», – подумала девочка, которую машинист назвал так же, как ее называли все в местечке…

Настоящее ее имя было Louise-Anna-Elzire Caradol, но все звали ее уменьшительным третьего имени: Эльз?.

И всегда, в силу привычки, все как бы бессознательно прибавляли прозвище, бог весть, когда и кем, но метко данное. Прозвище это: «газель» вполне шло к девочке с оригинальным типом лица, совершенно чуждым ее среде.

Во всей ее фигуре сухощаво крепкой, грациозно сильной, в дико блестящих глазах, всегда будто неприязненно и недоверчиво взирающих на людей, во всех нервно-быстрых, будто пугливых, но страстных движениях, в легкой, но резкой поступи, в порывистых, но мягких и красивых изгибах тела, сказывался именно дикий горный зверек – газель.

Глава 2

Поезд исчез за холмом, но гул длился еще с минуту и вдруг, после долгого свистка, сразу замер. Поезд остановился на маленькой станции за полторы километра от моста и сторожевого домика.