Старый дом. К 300-летию г. Перми

– Так ить, хорошо это, – заметил Иван, успокоившись, – почто же прямо из бутылки-то пойло хлебать?

– Надолго ли? Вот в чем вопрос?

– Что значит, надолго ли? – возмутился Иван Иванович, – да где уж красным с Пепеляевым-то справиться?…

***

…Прошло какое-то время. Жарко стало во дворе. Зашелестела береза листьями. Птички запели. Поднялись в огороде, какие-никакие посадки.

Но опять неспокоен стал Иван. Опять взялся боеприпасы проверять. Грохот издаля приближался к городу. Такой, что время от времени дребезжали стекла.

– Все-таки красные не оставляют нас в покое, – ворчал Иван, – то и дело поглядывая в окно, – того и гляди обратно возьмут город. Ох, и не поздоровится тогда.

– Чего не поздоровится-то? – каждый раз робко возражала Авдотья, – мы же ничего…

– Цыц, баба! – ругнулся Иван и назидательно поднял палец, – разве не знаешь, чего хотят эти самые, тьфу, большевики?

– А чего?

– Они хотят, – раздельно произнес он, стараясь придать словам больший вес, – они хотят, чтобы не было богатых…

– Так то богатых.

– Вот ведь баба непонятливая, – махнул рукой Иван, – А это ты видела?

Мужик торопливо задернул оконные занавески и прошел в темный угол за печкой. Он откинул крышку огромного синего, обитого металлическими полосками, сундука.

Перед глазами предстал перепутанный ворох одежды.

– И что? – отмахнулась Авдотья, – тоже мне богатство нашел…

Иван лихорадочно выкидывал из сундука вещи.

Авдотья только руками развела.

– Вот оно! – мужик торжествующе протянул жене прятаный на самом дне сундука внушительный ящичек.

Крышка, подчиняемая нажиму пальцев Ивана Ивановича, открылась.

Блеск золотых и серебряных монет показался женщине тусклым. Руки мужика погрузились в спрятанное сокровище. С веселым звоном пересыпались с ладони на ладонь монеты. Из-под золотых кругляков показались угловатые очертания царских еще орденов.

– Откуда это все у тебя? – прижав ладони к лицу, спросила Авдотья.

– Какая теперь разница, – отмахнулся Иван.

Он опасливо покосился во двор.

– Теперь красные придут. Они не будут особо разбираться. Поставят к стенке, и все.

– И что же нам теперь делать?

– От ведь глупая баба, – вздохнул Иван, – спрятать все это нужно. И понадежней.

– Понадежней? Это куда?

Иван неуверенно поскреб в затылке.