Гробница Нитокриды

Отдавая должное воображению авторов этих произведений, хотелось бы выразить свое субъективное неприятие произвольной трактовке некоторых, имевших реальное воплощение фактов и событий, которые игрой фантазии воспаленного ума приобретают несвойственные черты и переносятся в совсем не соответствующие им временные рамки, только ради непредсказуемой интриги сюжета да сочной для падкого на различные извращения читателя картинки.

Автору чужд такой подход и, работая над этим романом, он старался по возможности наиболее реалистично отобразить действительность той древней эпохи, опираясь на сохранившиеся эпические произведения того времени и труды авторитетных историков и ученых, о которых он так тепло отозвался выше.

Замысел этого произведения (тогда в форме поэмы) созрел еще в середине 80-х годов, но в силу ряда объективных и субъективных причин смог реализоваться только сейчас и слава Богу, что он подвиг автора на это и дал силы осуществить задуманное.

Надеюсь, эта книга не оставит читателя равнодушным, и уж во всяком случае уверен, что она откроет много нового тому, кто удосужится дочитать ее до конца.

С уважением и любовью, Евгений Воронянский.

Гробница Нитокриды

«Мене, текел, фарес» («Исчислено, взвешено, разделено») (Даниила 5:30).

«…И Вавилон, краса царств, гордость халдеев, будет ниспровержен, как Содом и Гоморра… Не заселится никогда и в роды родов не будет жителей в нем; не раскинет аравитянин шатра своего и пастухи со стадами не будут отдыхать там. Но будут обитать в нем звери пустыни, и дома наполнятся филинами; и страусы поселятся, и косматые будут скакать там; шакалы будут выть в чертогах их, и гиены – в увеселительных домах…» (Исаия 13:19)

О, Вавилон, краса халдеев,

Мечта тщеславная царей,

В священной книге иудеев

Отказано звезде твоей.

Огнем предвиденья объяты

Слова, незримою рукой

На камне скорого заката

Исход чертили роковой.

В кошмаре пьяного угара

Дивилися на пламень тот

Рабы и слуги Валтазара,

Сам царь и весь его народ.

Никто не внял тогда словам тем

На званом пиршестве царя

(Мы редко помним о закате,

Коль утра брезжит нам заря).

Никто не внял, что час отмерен

Грехами минувших времен,

Воздастся каждому по вере

И канет в вечность Вавилон.

На месте строгих зиккуратов

Пески барханы водрузят,

Где бушевала жизнь когда-то

Лишь смерть да тленье воцарят;

Падут дворцов державных своды,

Руины время погребет,..