Деонтология жизни

Кони сохранил свой прежний облик, хорошо известный каждому по его портретам – глаза, «очень проницательные и внимательные, отличались… большим блеском, почти молодым». Нарком А.В. Луначарский спросил, чем может ему служить. «Мне лично решительно ничего не нужно», – сказал А.Ф. Кони, только попросил после своего выздоровления выступать с лекциями на различные темы, особенно с воспоминаниями. Вскоре А.Ф. Кони становится лектором.

У молодёжи, несмотря на очень трудное время после Октябрьской революции 1917 года, А.

Ф. Кони увидел жажду к знаниям и интерес к тому, о чем он говорил с ними. Так, в 1918 году в Институте живого слова это были лекции о теории и истории ораторского искусства; курс «этики общежития». Он касался разных областей науки: судебной, экономической и врачебной.

А.Ф. Кони был первым из юристов, кто занимался вопросами медицинской этики. Он призывал врачей соблюдать те принципы, которые были предложены врачами древних цивилизаций, в частности Греции и Рима, а также Ф.П. Гаазом, Н.

И. Пироговым, С.П. Боткиным и другими. Особое внимание уделял врачебной тайне, затрагивал вопросы, связанные с судебно-психиатрической медициной, пьянством.

А.Ф. Кони становится самым популярным лектором Петербурга. В 1921 году слушатели в день его рождения преподносят ему самый дорогой для него подарок – белый хлеб. «Никогда, – писал он в письме Р.М. Хин-Гольдовской, – никакие цветы так меня не трогали и не радовали». В те голодные годы такое подношение было выражением самой глубокой признательности и уважения к нему.

Начиная с 1918 года, несмотря на возраст и свои болезни, с 74 лет и до самых последних дней, А.Ф. Кони не прекращает своей работы, приводит в порядок мемуары, продолжает писать. Тысячу лекций на разные темы прочитал А.Ф. Кони за этот период.

Единственным средством к существованию для него были публичные лекции – они оплачивались ржавой селёдкой или ломтиком заплесневелого хлеба. А.Ф. Кони читал также лекции в Петроградском институте усовершенствования врачей, покоряя слушателей своей высокой эрудицией, искусством оратора, силой своего человеческого обаяния.

Ему было трудно передвигаться, и студенты, встречая у входа, вносили его в институт в большом, приготовленном для него, кресле.

А.Ф. Кони любил выступления перед аудиторией, видя, как внимательно, с каким большим интересом воспринимаются его лекции. Как-то он признавался своим друзьям, что из-за старческой немощи и физической травмы приходится тяжело.