Каменный Пояс. Книга 3. Хозяин каменных гор. Том 1

 – Что же мне делать? К тому же, кажется, пошел дождь! – Продолговатые, осененные пушистыми ресницами выразительные глаза умоляюще смотрели на гвардейца. Верхняя пухлая губа капризно полуоткрылась, и ослепительно блеснули белые мелкие зубы.

Николай Никитич решительно подошел к незнакомке, щелкнул шпорами и учтиво поклонился:

– Сударыня, разрешите предложить вам мою карету!

– Галант! Ах, как я благодарна вам, господин адъютант! – восторженно отозвалась она и, не колеблясь, подала ему руку. Демидов вспыхнул от нежного женского прикосновения.

Она прильнула к нему, красноречиво взглянула в глаза юнца. Ей, видимо, по сердцу пришелся краснощекий гвардеец с темным пушком на губе. Белые лосины плотно обтягивали его полные ноги, грудь он держал горделиво. Всем своим вызывающим видом молоденький адъютант весьма напоминал бойкого забияку-петушка. Счастливая юность, неизрасходованные силы переполняли его, он так легко и свободно чувствовал свое сильное и свежее тело, что его вовсе не обременял парадный мундир.

Незнакомка окинула его опытным взором и осталась довольна беглым осмотром.

«Потешный мальчуган!» – удовлетворительно подумала она.

Прелестница хорошо знала, кто этот юный адъютант, но детски наивным взглядом удивленно смотрела ему в глаза.

– С кем имею честь беседовать? – жеманясь, спросила она.

– Я Демидов! Слышали о таком? – с важностью своего возраста сказал он, усаживая ее в карету.

– О! Но вы совсем мальчик! – восторженно прошептала она, и ее рот округлился приятным колечком.

– Далеко не мальчик. Я владелец многих заводов на Урале!

– Вот как! Интересно! – голос ее прозвучал интимно-нежно. Она слегка пожала ему руку.

Волнуясь, путаясь в мыслях, он косноязычно пробормотал несколько комплиментов. Она засмеялась ласковым приятным смехом; казалось, рядом прозвучали серебряные колокольчики.

– Вы совсем ребенок и не умеете интриговать дам! Но это очаровательно! – ободрила она гвардейца и, не смущаясь, склонила головку к нему на плечо.

У Демидова сперло дыхание.

– Я не ребенок, а независимый человек! – обиделся гвардеец.

– Ух, какой сердитый! – наклоняясь к нему, прошептала она.

Демидов осмелел и, словно бросаясь в бездну, потянулся к ней. Она проворно ускользнула из его рук. Приложив тонкий пальчик к губам, она таинственно прошептала:

– О, поцелуй невозможен…

Косые сильные струи хлестали в окно кареты. На улицах быстро темнело.