Каменный Пояс. Книга 2. Наследники

И всякую работу она делала с песней.

Демидов подивился:

– Ишь, как распевает от зари до зари! Должно быть, ты, каурая, до краев счастлива?

Молодка оглянулась, блеснули ее огромные синие глаза. Из-под ресниц выкатились слезы. Она брякнулась хозяину в ноги и жарко пожаловалась ему:

– Ох, батюшка, горька, разнесчастна я! Третий годок вдовею! – Она зашмыгала носом.

Прокофий, хлопнув стряпуху по широкой спине, закричал:

– Погоди, милая, я тебе сосватаю доброго мужика!..

– Батюшка ты мой, радошный! – в последний раз всхлипнула баба и, схватив руку хозяина, стала ее благодарно лобызать.

– Мало тебе для счастья требуется! – удивился Демидов. – Погоди, обретешь мужика, отведаешь кулака!

– А то как же! – спокойно отозвалась стряпуха. – После кулака и любовь-то слаще!..

Задумчивый ходил заводчик по закопченным низким цехам, где в полумраке двигались и работали измученные, вымотанные работой мастерки. Настораживаясь, хозяин втихомолку прислушивался к речам работных.

Между трудными делами работный мечтательно сказал:

– Вот поспать бы, поспать!.

Работный был сутул, сед, многие годы тяжелого труда измотали его. Не раз видел Демидов, как этого работягу качало ветром.

«Отработался и хлеб хозяйский, видно, зря жрет!» – прикидывал заводчик, полагая прогнать старика.

Но тут стоявший рядом с ним коренастый ладный молодец расправил плечи и, зевнув, пожелал со сладостью:

– Верно, поспать бы всласть. Век лежал бы на спине и ни о чем не думал!

– И не пошевелился бы? – неожиданно раздался насмешливый голос за его спиной.

Молодец вздрогнул, оглянулся. Перед ним стоял сам хозяин Прокофий Акинфиевич Демидов. По его тонким губам блуждала язвительная улыбочка.

«Вот напасть приспела! Что только будет?» – встревоженно подумал работный и опустил глаза перед заводчиком.

Но беды не случилось.

– Что ж молчишь? – стараясь казаться добродушным, спросил Демидов. – В самом деле, отлежал бы год и не пошевелился бы, а?

– Не пошевелился бы, – робко отозвался молодец.

– Слыхал, дедко? – подмигнул старику заводчик.

– Слыхал, – охрипшим голосом повторил старик, а сердце у самого замерло. Он угрюмо подумал: «Еще какую пакость удумал, нечистик?»

Хозяин совсем повеселел и крикнул добрым голосом:

– Ладно! Коли так – уговор ладим. Вылежишь год недвижим на спине – тысячу рублев жалую. Шелохнешься – двести плетей и опять к молоту! Согласен?

– Господи Иисусе! – перекрестился старик. – Вот счастье-то!..