Каменный Пояс. Книга 1. Демидовы

Бородач недружелюбно поглядел на туляка:

– Железо спортит…

Преображенец шевельнул пушистыми усами, голубые глаза его смеялись:

– Ежели спортит – мы ему морду намоем…

Солдаты дружно захохотали. Акинфке подали кусок железной пластины и ручник. К наковальне подошел молотобоец. Туляк сунул в раскаленный горн пластину. Преображенцы с нетерпением выжидали. Бойкий с голубыми глазами, поощряя, подмаргивал Акинфке: «Не сдай, друг!»

Молодой кузнец выхватил клещами из горна добела накаленную пластину и бросил ее на наковальню.

Веселый перезвон раздался в кузнице. У преображенцев повеселели лица: поняли они, что кует опытный кузнец. Со всей кузницы сбежались мастера: «Какой дьявол там тешится?»

Акинфка быстро сковал подковы; от бадейки, где они стыли, шел парок. Туляк вышел из кузни, живо и легко, как играя, подковал резвого коня. И скакун, чувствуя сильную руку, поддался – проржал покорно и тихо.

– Вот оно как надо! – Акинфка снегом умыл руки, забежал в кузню, надел кафтан.

– Молодчага! – закричали преображенцы.

 – Идем с нами до царева кружала.

– Пошто не выпить, – откликнулся Акинфка. – Я всегда готов, братцы.

Тут к туляку тяжелой походкой подошел хозяин; он глянул медвежьими мохнатыми глазами, буркнул:

– Кузнец добрый. Как звать-то?

Акинфка шагнул к горнам; там стоял толстый железный прут, – им ворошили уголь в горне, шуровали в печке. Туляк хватился за него и мигом погнул.

– Вот те на памятку: первый, чтобы помнил, что ковать коней надо добро. – Акинфка связал железный узелок; хозяин изумленно раскрыл рот.

У пучеглазого преображенца озорно заблестели глаза.

– Дабы лаской прохожих людей привечал – вот те второй узелок. – Не натужась, Акинфка ловко перекрутил железо.

– Ух ты! – Лицо хозяина кривилось непривычной улыбкой. Кузнец не дал опомниться:

– А вот те третий, – завязал он еще один железный узелок, – чтобы помнил. Ковал у тебя тульский кузнец, Акинфий Никитов Антуфьев. Вот оно что! Да закрой хлебало, не то ворона влетит…

Туляк бросил узловатый жезл к наковальне и крикнул:

– Айда, ребята, в кружало царское! Всех за свой кошт угощаю…

Преображенцы шумной ватагой повалили за Акинфкой.

Пучеглазый подошел к Акинфке, схватил его за руки. Глянув друг другу в глаза, оба дружно обнялись и расцеловались.

– Ну, брат, спасибо за коня. Случись, не забуду твоей услуги.

– Видать, коней крепко любишь? – полюбопытствовал Акинфка.

– Люблю, – сознался преображенец, легко взлетел на коня и махнул треуголкой.