НЕучебник журналистики

Тенденция к демократизации публичной речи проявляется в использовании телеведущим сленгизмов, жаргонизмов и арготизмов (прикид, тусоваться, крутой, непонятки, травка, прикол, крышевать, пастись, догонять, переться, бычка, муля, понты, подстава, тихушник), разговорных и просторечных лексических единиц (развлекаловка, товарка, офигенский, обломать, журналюги, рулить, строить, свалить, проехать, сплавить, молодняк, впрягаться, зароманиться, париться, нарываться, слив, наезд).

Смешение в публичной речи ведущего книжных и разговорных элементов порождает стилистическую контаминацию.

Неприятие журналистом патетичного тона выражается в использовании ты-обращений, приветствии в форме не официального рукопожатия, а удара кулачками, употреблении разговорных и иноязычных лексических единиц с ироничным оттенком значения вместо привычных формул речевого этикета.

Так, если ведущий намерен принести извинения, то для данной цели он использует англицизм с ироничным оттенком значения сорри. Деэвфемизация позволяет журналисту эксплицировать негативный смысл в высказывании интервьюируемого.

Примером является интервью с Егором Кончаловским.

Е. КОНЧАЛОВКИЙ: Депардье уже не актёр, а маркетинговый инструмент, сто тысяч евро, и он ваш, я подписываюсь.

Е. ДОДОЛЕВ: Вы не считаете его творческим человеком? Вы считаете его человеком денег? («Правда 24»: выпуск от 15.01.13)

Кончаловский использовал выражение маркетинговый инструмент, в котором первое слово является иноязычным словом и термином, а второе – номинацией с неопределённой семантикой, используемой для названия конкретного явления, оба случая являются типичными средствами эвфемизации речи. Журналист преобразует это словосочетание в дисфемизм человек денег, лишённое вуалирования негативной составляющей значения.

Евгений Додолев использует иронию как средство непрямой оценки слов и действий адресата, а также самоиронию как способ снижения коммуникативного дискомфорта в конфликтной ситуации. Примером иронии тележурналиста является интервью с Владимиром Жириновским.

В. ЖИРИНОВСКИЙ: Почему не приглашали меня на канал? Первый раз пригласили. Сколько канал существует?

Е. ДОДОЛЕВ: Боимся, боимся приглашать, боимся.