Брежнев. Генсек «золотого века»

– Вам, наверное, хотелось приворожить парня?

– Конечно, хотелось! Жених он был видный, серьезный. Учился прилежно – значит, думал жизнь основательно устраивать. Как его приворожить? Тогда украшений не носили – буржуазный пережиток! Ни сережек, ни колец, губ не красили, щек не румянили – все натуральное. Прически делали девушки без щипцов: то на гвоздики, то на бумажку накручивали. Стрижку носили короткую, называлась – “под фокстрот”. Сзади коротко, а впереди волосы начесывали – высокий чубчик получался! Леонид свои густые темные волосы с пробором набок носил.

Ухаживал за мной долго, почти три года. В 1925 году мы познакомились, а поженились только в 1928-м.

– А как он вам в любви объяснился, как предложение сделал?

– Давно это было, не очень-то помню… Ничего особенного. Думаю, как и у всех: время и жизнь тогда были суровыми. Сказал, что любит меня. Спросил: “А ты?” – “Люблю, мол, и я!” Вот и все. Потом, когда он уже получил назначение, говорит: “Давай поженимся”. Я говорю: “Хорошо”. Пошли в загс и расписались.

– А конкуренты у него были?

– Были. Другие парни тоже за мной ухаживали. Это сначала, а потом уже все знали, что Леня за мной ухаживает и я его девушка.

– Почему родители вам такое “нерабочее” имя дали?

– Почему Викторией назвали? У нас много соседей-поляков было, и у моего крестного отца дочку звали Викторией. Видно, родителям понравилось имя. У других детей имена обычные – Александра, Валентина, Лидия, брат Константин. Вот только я получилась на польский манер.

Леня уехал в марте, а мы в июле учебу закончили и отправились к ним. Ребята поехали, и мы следом: три подружки, три невесты. Одна в Первоуральск, две в Шемаху, это не доезжая Свердловска километров десять. Леня встречал меня в Свердловске. Мы не знали, что свою станцию проезжаем. Так уж договорились, что всех нас приедут встречать в Свердловск. Тут пообедали, отдохнули и в тот же вечер к себе – до места добрались утром следующего дня.

У Лени была комната, снимал у богатого человека, который торговал сельскохозяйственными машинами.

Большой дом, внизу магазин, а наверху квартиры. Одну комнату мы с Леней занимали, вторую – Сережа Каменев со своей молодой женой, а третью комнату – Ваня, он не был женат. Кухня общая, большая, полати возле печки – на них играли хозяйские дети.

Сначала я и готовить не умела, потом постепенно научилась. Даже хлеб сама пекла. Бабушка научила. Нам давали в пайке ржаную муку, местные жители приносили яйца, кур, молоко.