Верните себе свою жизнь. Новая парадигма для новой эпохи

И ещё в девятнадцатом веке предложил вниманию человечества теорию пересекающихся параллельных прямых.

(А хотелось бы, чтобы было «с точностью до наоборот»).

И оно так и есть. Настоящего успеха в жизни невозможно достичь, не используя более эффективное мировоззрение, нежели вульгарный материализм. И такое мировосприятие с его тайными методами влияния на процессы материализации не могли не использовать те самые тайные жрецы, которые постепенно толкали человека с пути истинного на путь ложной свободы.

4. Достоевский и новое мировосприятие

Достоевский один из тех мыслителей и, я бы даже сказал, пророков, которые заложили фундамент миропонимания новой эпохи ещё в позапрошлом веке. В обществе того времени уже доминировали идеи, так называемого «просвещения». Лидеры этого движения без особого восторга относились к идеям Достоевского, выставляя его к позорному столбу как ретрограда, реакционера и мракобеса. Он де тормозит прогрессивную мысль

А «прогрессивность» мысли просветителей заключалась как раз в их фанатичном насаждении в сознание современников материалистических догм, принять и усвоить которые мог только человек прошедший перепрограммирование на мышление методом Аристотеля.

Появилась прослойка в обществе, которую стали называть «просвещенная публика».

Молодежь, входящую в жизнь, стали жёстко программировать на поклонение Аристотелю. То есть создавать принялись особей, не способных мыслить свободно, широко и непредвзято. Жёсткая логика Аристотелева позволяла принимать только часть жизни, ее поверхностную пленку, исключая возможность осознания сути происходящих процессов. Материалистические догмы внедрялись с инквизиторской догматичностью.

Аристотелева логика не позволяет рассуждать, но способна, напротив, перекрыть кислород критическим поползновениям разума. Новая идеология впаивалась в мозг, в весь оргизм человека эпохи просвещения в виде догм, даже в виде лозунгов, в форме коротких словесных программ, которые устанавливались довольно легко одним лишь регулярным их повторением в разных контекстах, под разными эмоциональными соусами.