Отрарский купец

Если ваш правитель позволит, я хотел бы преподнести ему дары в знак уважения.

Дозорному понравилось предложение Салима и он умчался оповестить своего кахана.

– Господин, здесь в реке полно рыбы, в зарослях жирные куропатки, а в ущелье разгуливают стада джейранов! – Хасан держал в руках лук, готовый отправиться на охоту.

– Будьте осторожны, здесь еще могут водиться тигры и леопарды. Привяжите лошадей и мулов вместе и выставите охрану.

С охоты все вернулись молчаливыми и робкими. Тихо отдали добычу слугам и разошлись по палаткам.

Обычно они возвращались шумно, громко расхваливая свои доблести, меткость и удачные выстрелы. Салима насторожило такое поведение, он позвал Хасана и прямо спросил:

– Что случилось?

– Господин, ничего плохого, слава Аллаху, мы все в порядке, – ответил помощник, пряча глаза.

– Я же вижу, говори! – Салим настаивал.

После короткой паузы Хасан все-таки признался:

– Наш доблестный и справедливый Темир строго наказал своих воинов за нарушение дисциплины, вот они и притихли.

– А что за провинность и как строго наказал?

– Они увлеклись и без разрешения все умчались за джейраном, позади себя они не оставили никого, и, как сказал Темир, открыли тыл, – тихо, явно не понимая причину строгости Темира, ответил Хасан.

– И каким же было наказание?

– Темир заставил их ползти до самой стоянки, навалив сверху туши джейранов. И ещё он бил их плеткой, – последняя фраза Хасана прозвучала мстительным упреком.

Салим вздохнул, поморщился от неожиданно занывшей раны. Потом задумался: «Позвать Темира и поговорить с ним? Но что он скажет? Он будет прав по-своему, ведь они были на охоте – это все равно, что на войне. А на войне нельзя ослушаться приказа командира, там должны быть строгая дисциплина и подчинение. Пожалуй, ему виднее, как наказывать своих воинов. Надеюсь, он не перегнет палку и вовремя остановится, обуздав свою строгость.»

За вечерней трапезой Салим молча наблюдал за начальником своей охраны.

В свете костра его резко очерченные скулы выглядели еще острее, а нас с горбинкой, как клюв хищной птицы. В глазах, узких, будто лезвие ножа, то и дело вспыхивали зловещие огоньки. Видать, не скоро стихнет в душе Темира огонь военных походов…

Наутро прибыли всадники и передали, что кахан ждет в своём стане. Салим уже приготовил сундук с подарками, и, в сопровождении Аяра и Ибрагима, выехал к карлукам.