Люди тайны

А что хуже всего – энергия, похоже, знает наперед, будет в пластине одно или два отверстия, и соответственно изменяет свое поведение!

На другом краю шкалы величин работа Эйнштейна – по крайней мере, в восприятии неспециалистов – свелась к открытию, что дважды два теперь уже не равняется четырем, разве что в области обычного чувственного опыта (не принимаемого в расчет), где разница попросту неразличима.

В 1925 году ведущие математики мира обратились к проблемам, возникшим как следствие работ Бора, Планка, де Бройля и Эйнштейна, и пришли к очень странному выводу.

Все аномалии, присущие новому знанию, можно легко собрать и оперировать ими в системе уравнений. Но ни при каких обстоятельствах нельзя было составить картину того, что же именно происходит.

Масса, расстояние и время в виде основных координат механической Вселенной стали попросту негодными как компоненты, с помощью которых можно было бы разобраться в возникшей ситуации.

Это было невыносимо.

Вещи должны быть либо здесь, либо там, а не «может быть, здесь» или «может быть, там». Дважды два должно равняться четырем. Откуда во Вселенной взяться неопределенности, если объективные законы (открытые западной наукой!) однозначно исключили неопределенность?

В 1927 году Гейзенберг предложил принцип неопределенности, и, начиная с этого момента, Вселенная сил и рычагов стала «уменьшаться в размерах».

После частичного отсутствия в течение всего лишь нескольких веков и полного отсутствия в течение всего лишь нескольких лет древний призрак вернулся в машину.

Пожалуй, ирония заключается в том, что первое подозрение по поводу наличия «призрака в машине» материализовалось в святая святых науки – в физике, наиболее материалистической из всех дисциплин. И столь же забавно, что психологии, из всех наук наиболее «идеалистической», удалось намного дольше игнорировать этот призрак (экстрасенсорное восприятие и тому подобное) в своей собственной машине, упрямо сражаясь за реабилитацию лорда Кельвина.

И снова западная наука в какой-то степени стала жертвой собственных попыток быть честной. Бихевиористы оставались верны своим маякам. Человеческое поведение было демонстративно механистичным, и нажатие на химический рычажок в человеческом двигателе производило физический эффект, столь же каузальный и столь же неизбежный, как нажатие на железный рычаг в паровом двигателе.