Рыцарь курятника

Графиня, без сомнения, не слышала ничего, потому что продолжала спать спокойным сном ребенка. Начальник полиции опять обратился к бригадиру:

– Итак, вы уверяете, что в ту минуту, когда вы остановили карету и заперли дверцу, в карете сидел мужчина?

– Я ручаюсь своей головой! – сказал Марсиаль.

– И этот мужчина был один?

– Совершенно один.

– А когда карета въехала на мой двор, мы с вами увидели женщину? Так?

– Да, ваше превосходительство.

– Итак, во всяком случае можно предположить, что мы обмануты.

Я имею в виду пол той личности, которая сидела в карете. Должно быть, эта личность – путешественник или путешественница – переоделась дорогой…

– Скорее всего.

– А можно ли было сделать такое в карете?

– Еще бы!

– А не брошено ли было платье на дорогу?

– Ваше превосходительство, – сказал Марсиаль, – шторы были закрыты, значит, ни в дверцы, ни в переднее окно ничего нельзя было выбросить. К тому же почтовый экипаж был окружен верными людьми, внимательно следившими, поэтому невозможно, чтобы мужской костюм, начиная от башмаков до шляпы, мог быть выброшен на дорогу даже лоскутками.

Да и в какое отверстие могли их выбросить? Я сейчас осматривал карету, и если вашему превосходительству угодно…

– Но если эта одежда не была выброшена, – перебил де Марвиль с нетерпением, – она должна быть в карете, и ее надо найти.

Марсиаль посмотрел на начальника полиции, приложив руку к сердцу.

– Когда я остановил карету, – сказал он с глубокой искренностью, – в ней сидел мужчина; теперь этот мужчинабрюнет превратился в женщину-блондинку – я это вижу.

Как совершился этот феномен и куда девалась снятая одежда – клянусь спасением моей души, я не знаю, разве только…

Марсиаль вдруг осекся. Очевидно, новая мысль промелькнула в его голове.

– Разве только?.. – повторил начальник полиции.

– …разве только эта дама спрятала мужской наряд под своим пышным платьем…

– Это правда, – прошептал Фейдо.

Он подошел к графине, все еще спокойно спавшей.

– Вы слышали, сударыня? – спросил он.

Графиня не пошевелилась.

– Вы слышали? – повторил начальник полиции, схватив ее за руку. Графиня вскрикнула, не открывая глаз, протянула руки, губы ее страдальчески сжались. Она вздохнула раза два, потом открыла глаза и прошептала:

– Какой гадкий сон! Марикита, расшнуруй мне платье, я страдаю… Я…

Глаза ее встретили взгляд Марсиаля.

– Ах! – закричала она с испугом. – Где я?

– У меня, – сказал де Марвиль.

– У вас?..