Шпион для Германии

Служащий телеграфного ведомства показал пальцем на радиоаппарат, стоявший на столике в углу, и инспектор задал мне вопрос:

– Что это такое, сеньор?

– Радиопередатчик, – ответил я.

– А что вы на нем делаете?

– Веду передачи.

– Это очень плохо, – произнес инспектор. – Теперь мне придется вас задержать.

Он был очень удивлен моим прямым ответом, не понимая, почему я так сказал. Покачивая головой, он явно про себя выругался. Тогда я понял, что обыск в моей квартире он воспринимал не столь серьезно, как я.

– Я работаю со многими горнодобывающими компаниями, – пояснил я ему. – Я радиоинженер. Некоторые из них, обладая соответствующими разрешениями, имеют собственные радиопередатчики. Это вы можете легко проверить. В случае каких-либо неисправностей аппаратуру доставляют ко мне. Это, собственно, моя работа, за которую я получаю деньги.

Инспектор продолжал покачивать головой. И мне пришлось повторить еще раз сказанное.

– С какой фирмой вы связывались вчера в три часа?

– Думаю, что это было железорудное общество «Фернандини».

– Так, стало быть, никакой военной информации вы не передавали?

– Нет, – заверил я его. – О таких делах я не имею ни малейшего понятия. И в армии я еще не служил.

– Значит, вы не шпион? – решил уточнить инспектор.

– Конечно же нет.

Подойдя ко мне, он радостно улыбнулся и похлопал меня по плечу. Чиновник был явно доволен, что ему не придется больше возиться со мной. Мы выпили еще несколько рюмок «Писко», после чего оба ушли. Этого полицейского инспектора я никогда потом не видел.

На следующее утро после данного происшествия я обратился в англо-американский госпиталь, выдав себя за голландца. Моя надежда, что там не окажется настоящего голландца, оправдалась: везенье есть везенье. Обследовавшему меня врачу я пожаловался на боли в области почек. Он предположил, что это, скорее всего, желчный пузырь.

Меня госпитализировали, предписав соответствующую диету. В палате, кроме меня, было еще пять человек. Мы быстро подружились.

Игра в покер оказалась столь интересной, что я совсем было забыл о своем намерении. Младший офицер, которого звали Джонни – фамилию его я забыл, – лежал от меня через койку. Врачи вырезали у него аппендикс и запретили выпивку. Он был общительным парнем и имел хороший аппетит. О своих знакомых девушках он рассказывал с большей охотой, чем о войне. Через три дня я затеял разговор в нужном мне направлении:

– На каком корабле ты плаваешь, Джонни?

– На «Диспече».