Коварный брамин из Ассама. Гибель империи. Реванш Янеса

Увидев громадных, страшно орущих птиц, Соарес повис у матери на шее и закричал:

– Мама, мама, где мы?

Потом он увидел отца:

– Папа, забери меня или дай мне мой пистолетик!

Янес с нежностью взял мальчика из рук матери и передал Тремаль-Наику, будущему наставнику принца. Сурама, услышав плач ребенка, на миг пришла в себя, но безжалостный магнетизер тут же вновь подчинил женщину своей воле. Не понимая, что сын больше не у нее в руках, несчастная бросила птицам желтое покрывало.

Один из марабу, самый жадный, схватил его, попытался заглотнуть, но тут же повалился, задыхаясь.

Другие отчаянно тянули клюв, чтобы добраться до молодой женщины и растерзать ее. Каммамури с Янесом пришлось отгонять настырных падальщиков пинками. Сурама стояла неподвижно. Видимо, пария, опасаясь за свою шкуру, велел ей не приближаться к марабу.

– Тремаль-Наик, передай Соареса раджпуту и охраняй мою жену.

Янес выглядел донельзя взвинченным. Одним тигриным прыжком он оказался у тюфяка и грозно навис над пленником. Каммамури метнулся к португальцу с воплем:

– Не убивайте его! Он еще не заговорил!

При виде португальца с воздетыми кулаками пария в упор уставился на него, надеясь наконец загипнотизировать.

– Поганый пес! – прогремел Янес, не обращая ни малейшего внимания на потуги пленника. – Хотел скормить моего сына марабу? Я тебя раздавлю, трусливый червяк!

– Смерть меня не пугает.

– Кто ты?

– Брамин. Обычный брамин.

– Пария! Пария! Пария! – трижды выкрикнул в ярости Янес. – Ладно, не важно.

Ты загипнотизировал мою жену, и теперь она полностью в твоей власти.

– Нет, я не обладаю подобными силами.

– Ах наглец! – Каммамури, в свою очередь, поднял руку, собираясь отвесить пленнику затрещину. – Твои светящиеся глаза заставили отступить голодных крыс, а они собирались тебя сожрать.

– Вовсе нет. Они убежали, испугавшись звона цепей.

– Надеешься обвести нас вокруг пальца? Да я сам тогда едва устоял перед твоей черной волей. Твои глаза светились, будто у пантеры в ночи.

– Тебе померещилось, – невозмутимо возразил пленник.

– Хватит ломать гнусную комедию! – гаркнул Янес, взбешенный его дерзостью. – Приказываю тебе освободить мою жену, которую ты загипнотизировал.

– Не могу, ваше высочество.

– Продолжаешь упорствовать?

– Я ничего не делал вашей жене!

– Мы видели достаточно! И ты еще смеешь упорствовать после такого? Вели ей вернуться в спальню.

– У меня нет на это сил, ваше высочество.

– Приказывай! – Янес занес кулак.