Неомаг

– А для чего ты здесь?

Меня уже начинала раздражать его манера, отвечать вопросом на вопрос.

– У меня дар, я хочу управлять им.

Тут он расхохотался, и долго смеялся, тряся седой гривой.

– Управлять даром? – отсмеявшись, повторил он.

– Да, управлять даром, – рассердившись, я сел на лавку, сверля его взглядом.

– Даром ты будешь девок за амбаром, за умение управлять, надо заплатить. И цена эта высока. Как ты будешь управлять своим разумом и чувствами, если ты с телом совладать не можешь? – Он придвинулся ко мне вплотную.

Его глаза, обычно голубые, потемнели, стали почти фиолетовыми, я хотел отвести взгляд и не мог.

– Ты можешь по желанию изменять размер зрачка, не чувствовать холод и жару? Контролировать дыхание, уряжать его до 2-3 циклов в минуту, долгое время быть неподвижным и не чувствовать дискомфорта? Это все лежит в области физиологии. А ты хочешь управлять бессознательным, тонкими механизмами, которые неизмеримо сложнее, чем человеческое тело, – закончив говорить, он отпустил мой взгляд, чему я был несказанно рад.

– Овладей простым. Построй фундамент, а стену и крышу оставь на потом.

Я провел у него год с небольшим. Первый месяц я только и делал что косил, пилил и рубил. Со временем я мог весь день заниматься этим и не уставать. После разговора в бане, мы практически не разговаривали. Он говорил что делать, поправлял меня, если я ошибался – я делал. После того как я окреп, раз в неделю он стал добавлять новые упражнения, не отменяя старые, лишь сокращая на них время.

Первым добавилась работа с дыханием. Потом пришло время растягивающих упражнений, упражнений на расслабление, на баланс и реакцию. Через три месяца после моего появления, Дед стал учить меня владеть палками разной длинны, борьбе и ударной технике.

Так что первые полгода все мое время, так или иначе, занимали физические упражнения. Только когда я окреп и начал чувствовать тело, пришло время для иных занятий…

Максим смотрел на светлеющее небо.

– Теперь понятно. А я-то все носом перерыл, куда выпал год из твоей биографии. Был человек – жил, ел-пил, а потом хлоп, – Иван хлопнул в ладоши, – и нет его. А потом бац, – он развел руки, – и опять появился. Где был, что делал? Никто, ничего не знает. А потом опять раз и исчез. Не исчез, конечно – умер, а вместо него другой появляется из ниоткуда, а до этого – этот, вновь появившийся, пропавшим без вести считался. Вот как, друг Максим.