Сад твоей души

И что это непосредственно связано с таинственной картой клада, зашифрованной в плане парка старой усадьбы, о которой он написал статью. И что, мол, в донесениях агентов тайной канцелярии было много упоминаний о деятельности архитектора Баженова. Как ты думаешь, это может иметь под собой реальную основу? Мог ли он быть автором такого парка?

– Я никогда не рассматривала творчество Баженова с такой точки зрения, – ответила я Денису. – Но если для тебя это важно, я постараюсь что-нибудь узнать. Многие архитекторы того времени проектировали не только дворцы, но и парковые ансамбли, которые их окружали.

– Это проблематично, – ответил Денис, – так как в квартире Щеглова все электронные носители уничтожены, а в редакции он свой материал не хранил.

– Хорошо, будем исходить из того, что у нас есть, – говорила я, глядя, как Лена мучает Ромео, но это была их обычная игра, доставляющая удовольствие им обоим. – Но мне понадобится время.

– Я тебя не тороплю, так как понимаю, что требую от тебя невозможного, – с улыбкой сказал Денис. – Лена вообще считает, что это все плод моего больного воображения.

– Конечно, – выпалила Лена, закручивая Ромео в бараний рог. – Чего еще можно ожидать от сотрудников вашей газеты!

– Чай вскипел, – вмешалась я в их разговор, чтобы предотвратить надвигающуюся бурю.

Оставшееся время мы говорили о пустяках и разошлись во втором часу ночи.

После ухода моих друзей я опять достала гравюры. И рассматривая их, я думала, мог ли архитектор Василий Иванович Баженов быть их автором. Возможно. Тогда это объясняло анаграмму, которая стояла на главной гравюре, – буквы VB, вписанные в восьмиугольник. Но наиболее полный ответ на этот вопрос мог дать только мой учитель по Академии художеств – Виктор Иванович Соловьев.

Я хорошо знала привычки Виктора Ивановича и не сомневалась, что в полдень застану его у себя в кабинете в Эрмитаже.

– А я ждал, Ольга Николаевна, голубушка, когда же придете и все мне, старику, расскажете, – с улыбкой сказал Виктор Иванович, когда после стука я вошла к нему в кабинет.

– И это почему же? – так же с улыбкой ответила я, принимая правила игры.

– Вы – моя лучшая ученица, которую я готовил на свое место.