Совсем другие

Я в любые двери достучусь, дойду до президента, до чёрта, до дьявола, – пусть попробуют меня не пустить! Вот сяду перед президентской администрацией и начну себе вены резать, – что, не будет скандала? Ещё какой будет, международный! Хвосты подожмёте, гоп-компания!..

– Господи ты, Боже мой! – с видом ангельского терпения сказал Айдаров. – И за что же это мне такое наказание? Что «фарфорку» вашу собираюсь закрыть? Ах, зверь-эксплуататор, акула капитализма! А то, что я всем пособия даю, кто там работал, – это как? А рабочие места на новом объекте? Думаете, мне там художники не потребуются?!

– Ну да, – чёрт-те что малевать на стенах, или лепить там херню всякую… – Маклаков брезгливо отмахнулся.

 – Спасибо вам в шапочку!..

– И скажете мне спасибо, – чуть побледнев, промолвил Айдаров. – Всем городом скажете, всей вашей дырой, которую я спасаю! Из которой делаю мировой центр!..

– Мировой центр… – Хмыкнув, художник помотал своей белой гривой. – А вы про такую штуку слыхали, любезный Мунир Латифович, – любимое дело? Слыхали про творчество? Вы способны понять, что люди хотят заниматься только тем, что они… хотят?! Художники – рисовать, портные – шить, столяры – создавать мебель? И что им не всё равно, за что получать бабки, даже о-очень большие? Помещается у вас в мозгах такое понимание жизни, или у вас вместо мозгов банкомат?.

.

С этими словами Маклаков ткнул пальцем в направлении лба собеседника.

Усмешка окончательно сползла с веснушчатого лица Айдарова.

Странно шевельнулись уши, полуприкрытые рыжей шевелюрой. Мужчины тревожно заёрзали на своих кожаных креслах, а один из них, низколобый, с расплющенным носом и синими мешками под глазами, мрачно прогудел:

– Вот так, блин, пустишь человека, говоришь с ним по-человечески, а он, блин…

Маленький бледный Айдаров поднял руку, предупреждая дальнейшее. Он слушал.

– Я ведь не один пойду – искать правды… – Внешне успокоившись, Маклаков говорил теперь с тихой, хмурой угрозой.

 – Среди тех двухсот, которых вы выкинули с «фарфорки», – и тех, что со швейного, и с деревообделочного, и с метиза, – ей-Богу, найдётся десяток-другой ребят, которые…

– Стоп, стоп! – вполне овладев собой, с прежней улыбкой сказал Айдаров. – Я знаю, Фёдор Андреевич, что у вас в запасе ещё много приятных сюрпризов. Но давайте поставим вопрос иначе… – Он значительно поднял палец.