Украденное счастье

– Но против законов божеских и людских!

– Людские законы придумали богачи, обирающие простой народ!

– Вы сами, мсье, не забывайте, один из них! Из нас, дворян и аристократов!

– Сударыня, а я побывал за решёткой, в кандалах и был невиновен в отличие от многих других, заслуживавших наказания!

– Хотите сказать, вы и сейчас невиновны ни в чём?

Андре помолчал.

– Вы преступник, сударь! – заключила она.

– Теперь это так, – поневоле признал молодой мужчина. – И всё же мы ничем не хуже тех, кто обдирает народ налогами!

– Но убийство, сударь! Убийство нельзя оправдать ничем!

– Если бы вы знали, как вы правы, сударыня! Но иногда правосудие должно вершиться и на земле!

Элиза решила, что в словах Андре бурлит желание отомстить за сломанную судьбу.

– Так вы друг Джека, мсье де Брийон? – спросила она, обретя новое течение мысли и подсознательно не желая спорить с Андре.

– Смею верить, что имею такую честь называть себя его другом, – подтвердил свои слова Андре.

– Вместе бежали с каторги? – продолжала интересоваться Элиза с тенью презрения.

– Я разочарую вас, сударыня. Я не успел потрудиться в тех каменоломнях, куда был сослан, – отвечал он, догадываясь, что спрашивая о нём, девушка хочет узнать что-то и о Джеке. – Богу было угодно, чтобы Джек напал на конвой, сопровождавший именно тех заключённых, в числе которых был я.

– И вы добровольно присоединились к его шайке? – недоверчиво спросила Элиза.

– Вас это удивляет? А я в тот момент не видел иного выхода. Возможно, этого не понять тому, кто не оказывался на краю бездны, без надежды на спасение.

Но Элиза понимала его. Ей даже казалось, что она понимает, почему он до сих пор якшается с разбойниками.

– И вы стали называть своим другом деревенского мужлана? – продолжала Элиза.

Андре захотелось рассмеяться. Не морочит ли его девушка? Но такой красавице можно простить многое.

– Элиза, – с лёгким упрёком произнёс он, – я не верю, что вы не догадались, что Жак…

– Жак? – быстро переспросила девушка.

– Он настаивает на имени Джек, говорит, так назвала его мать-англичанка. Но я почему-то уверен, что половина из того, рассказывает о себе Джек – выдумка.

– Значит, он ещё и лжец, – сделала вывод девушка.