Украденное счастье

Джек смотрел в сторону, но усмешка на его губах подсказывала, что девичья нагота всё же доступна его взору.

Девушка придержала рукой ночную рубашку, чтобы подол не упал в воду и не намок. Она собралась выбраться из ванны, но Джек стоял так близко, что ей попросту некуда было ступить.

– Мсье…

Она не знала, о чём ей следует попросить. Её напугал его взгляд, слишком серьёзный взгляд мужчины, который видит то, что страстно желает.

Тонкая ткань рубашки облепила её мокрое тело, предательски обрисовывая очертания маленькой, соблазнительной груди.

Но Джек смотрел в глаза девушке, выискивая в их зеленоватом океане лишь одному ему понятный ответ. Элиза вскрикнула, когда он схватил её и вытащил из ванной.

У девушки закружилась голова, и Элиза была вынуждена вцепиться в мужские плечи, когда её ножки коснулись расстеленной на полу медвежьей шкуры. Вино кружило ей голову, а близость Джека сводила с ума.

Он провёл рукой по её распущенным волосам, отвёл от лица один локон.

– Ты очень красивая, Элиза, – произнёс он хрипло, со сдерживаемой страстью.

 – Ты самая красивая из тех, кого я знал.

Элиза тут же пожалела о такой красоте, из-за которой ей грозит бесчестье. Джек крепче прижал её, коснулся лица.

– Это не пустые слова. Это правда. Верь мне, – просил он так, словно нуждался в её доверии так же, как в воздухе.

Элиза не успела ничего сказать. Но, может, Джек и не требовал ответа? Он поцеловал её, подавив недолгий девичий протест, растаявший от нежности его обветренных губ. Элиза изумлённо ахнула.

Сердце забилось с незнакомым волнением, рождая внутри особое тепло и трепет. Элиза испугалась своих ощущений.

Да, Луи уже целовал её, но волнение от того поцелуя меркло и казалось ничтожным по сравнению с тем, что она только что испытала.

Элиза открыла глаза, но взор заволокло туманом, голова кружилась. И если бы Джек не держал её так крепко, прижимая к себе, то Элиза наверняка упала бы без сил.

Не дав ей опомниться, Джек подхватил девушку и опрокинул на постель. Но Элиза закричала, упираясь ладонями в его плечи.

Джек не выпустил её и залюбовался её рассыпавшимся по одеялу золотом волос. В глазах очнувшейся от наваждения девушки явно читался страх, и Джек виновато улыбнулся.

– Не бойся. Я умею быть нежным, – пообещал он.

– И что же вы называете нежностью? – еле выговорила под его тяжестью девушка.

– Многое, красавица моя. Ты скоро узнаешь…

Он снова поцеловал ее, с голодной жадностью требуя от девушки ответной ласки.