Наталья Гончарова. Муза А. С. Пушкина

    Петр Иванович Бартенев

Письма Натали к поэту, в отличие от писем Пушкина к Натали, где он ревностно оберегал честь своей семьи, до сих пор не обнаружены, и обвинения ее в пустоте бездоказательны. То, что ей надоели его стихи, она сказала в раздражении из ревности к фрейлине Александре Смирновой-Россет, ежедневно навещавшей Александра Сергеевича в Царском Селе. Зато сохранились ее письма ко второму мужу, Петру Петровичу Ланскому, – умные, глубокие, дышащие чувствами, по степени откровенности в передаче движений души похожие на дневники.

Наверное, такими же были и письма к Пушкину. А как Пушкин радовался письмам Натали! Перечитывал по несколько раз, перецеловывал каждую страничку, исписанную мелким летящим почерком…

Читаю с тайною тоскою

И начитаться не могу.

«Ты ни в чем не виновата», – первое, что произнес поэт склонившейся над ним Наталье Николаевне, когда его, смертельно раненного, принесли после дуэли домой. И после он повторял это непрестанно, умирая почти двое суток. В измену любимой женщины Пушкин не верил ни секунды.

«Пушкина убила вовсе не пуля Дантеса. Его убило отсутствие воздуха. С ним умирала его культура. Пора, мой друг, пора! Покоя сердце просит. Это – предсмертные вздохи Пушкина, и также вздохи культуры пушкинской поры. На свете счастья нет, а есть покой и воля. Покой и воля. Они необходимы поэту для освобождения гармонии. Но покой и волю тоже отнимают. Не внешний покой, а творческий. Не ребяческую волю, не свободу либеральничать, а творческую волю – тайную свободу.

И поэт умирает, потому что дышать ему уже нечем; жизнь потеряла смысл», – писал Александр Блок в своей знаменитой речи «О назначении поэта».

С первых же дней семейной жизни Пушкин узнал нужду, да так из нее и не вылезал. И хотя никто из самых близких к нему людей не слышал от него ни единой жалобы, беспокойство о существовании семьи часто омрачало его лицо. Душевное состояние Пушкина оставляло желать лучшего, что замечали друзья. Он неотвратимо двигался к трагическому концу. Казалось бы, все было улажено, Дантес женился на сестре Натали, Екатерине Гончаровой, зачем повторный вызов на дуэль? Но Пушкин уже не мог поступить иначе… Государственная служба тяготила поэта, хотя и давала постоянный доход, лишала его той самой внутренней тайной воли и покоя.

Его закружили «бесы» – несвободы, долгов, нищеты, отчаяния, уныния… Он сам искал смерти, как это позже будет делать другой гениальный русский поэт – Лермонтов. И он ее нашел…

Глава первая.