Жизнь на гранях миров

Но она напрасно тревожится, потому что скоро, очень скоро вдалеке появляется стремительная фигура, и Света, хоть и не видит лица, моментально узнаёт эту походку, этот широкий разворот плеч и этот родной голос:

– Света!

Он обнимал её, обнимал так крепко, что часовые на миг смешались: так помощница или всё же наложница? А она смеялась, а потом, взявшись за надёжную руку, пошла с ним по стану, дивясь и оглядываясь на всё.

– Я едва не подпрыгнул, когда мне сказали, что в лагерь пришла девушка.

– Было такое ощущение, что меня ждали.

– Конечно, ждали. Всю охрану предупредил: появится незнакомая женщина – сразу ко мне. А уж я-то как ждал!

Он остановился, пристально посмотрел ей в глаза:

– Прости, что заставил тебя пройти через всё это. Но ты так нужна мне здесь!

Она замерла, несколько мгновений, не дыша, вглядывалась в его лицо:

– Я знаю…

– Идём, идём, – в его голосе – затаённое счастье.

Осмотр лагеря занял чуть ли не всю ночь. Игорь показывал, рассказывал, объяснял. Свете всё нравилось, всё было интересно. Но когда вернулись в лазарет, и она оглядела скудную «операционную» доктора, то чуть не заплакала.

– Ничего нет! Ни антисептиков, ни обезболивающих! Чем же работать?

Игорь умолк, присел на край лежака.

– Но как же вы оперируете, Игорь Анатольевич? – спросила Светлана, вдруг переходя на обычное в работе «вы».

– Всё, что могу, это сделать операцию быстро. Как говорил Гиппократ, «причиняющее боль должно быть наиболее короткое время, а это будет, когда сечение выполняется скоро».

– А как вы обеспечиваете асептику?

– Шалиян мне помогает. Она собирает травы, делает отвары для обеззараживания; инструменты приходится кипятить, как в древности, что-то наподобие мыла у них есть. Вот и всё, в принципе.

Света озадаченно оглядела лазарет.

– Хорошо, – вдруг сказала тоном хозяйки. – Растворы и асептика – моя обязанность, моя задача, я и буду её решать. Где Шалиян?

Они разложили содержимое чемоданчика на столе, Света подержала инструменты в руках:

– Тяжёлые!

– Это единственный металл, который не ржавеет, не окисляется и прекрасно кипятится, – отозвался Игорь.

Она повертела зажим, пощёлкала ножницами:

– Нужно будет привыкнуть.