Сто моих мужей. Часть первая

Так что, с года от роду, я пошла по мужским рукам. Няньками мои дядьки оказались некудышными. Однажды, по причине их недосмотра, ребёнок вывалился из кроватки и сильно повредил себе нос и губы. Операция. Больницы. Бессонные ночи. Пришлось пересматривать бюджет и нанимать няню.

Мои первые воспоминания о себе связаны с маминой работой. Видимо не всегда получалось оставить меня с няней. Я помню магазин со стороны продавца. Размыто, неотчётливо, обрывками. Помню, как спала на ящиках, на маминой плюшевой куртке в подсобке.

Рисовала что-то химическим карандашом на разрезанной на квадратики обёрточной бумаге. Играла резиновой куклой, которая пострадала всё от того же химического карандаша, смыть следы которого было невозможно. Помню, как плакала навзрыд, что кукла испорчена. Геннадию не нравилась работа Альбины по выходным, не устраивало то, что работала она с раннего утра до позднего вечера. Он уговорил её перейти на завод ученицей сверловщицы. Зарплата, мол, приличная, работа с восьми часов до семнадцати. Суббота, воскресенье – выходные. Уговорам мужа Альбина поддалась и ушла на завод, на котором, проработала более 20 лет. Получила звание ударника коммунистического труда, медаль «Ветеран труда», фотография бессменно висела на доске почёта, и даже в местной газете была статья, посвященная ей «Лучший термист завода». Мама была большой аккуратисткой. Нас с юных лет приучала к порядку и чистоте. А ещё была у мамы такая особенность, объяснение которой я не нахожу. В каком- то определённом возрасте я вдруг поняла, что мама очень плохо одевается. Всё чистенькое, отутюженное, но очень- очень скромное. Я стеснялась её внешнего вида. Мне всё было понятно, что семья большая, что трое детей- дочерей, муж, приносящий больше хлопот, чем помощи семье. Но у нас в посёлке трое детей было нормой. И родители, большей частью, так же были работниками завода. Но женщины всегда носили модные недорогие платьица, пальто. Делали аккуратные стрижки, причёски. А моя мама могла ходить в рабочем халате и после работы. Как будто кому- то что- то хотела доказать. Чем хуже- тем лучше. Такое пренебрежительное отношение к своей внешности было у неё не всегда. Об этом говорили красивые платья из китайского шёлка, льна, которые хранились в дальних уголках комода. С годами платья стали тесными для её располневшей фигуры, а новые были невзрачными, мешковатыми. Став взрослой, на все праздники я старалась дарить маме, что- нибудь из одежды. Но редко видела эти вещи на ней.