Наследница вампиров по прозвищу Черная роза. Книга 2

Так как на мои расспросы у всех выше перечисленных, мне отвечали, что это всего лишь обычный бал, который королевская семья должна устраивать не реже чем раз в пол века, дабы поддерживать хорошие отношения с правящей знатью и великими династиями царства ночи.

Почему мне казались их отмазки брехней? Да потому, что при слове «бал», все начинали мяться и переглядываться, словно не желали посвящать меня в подробности. Чтобы выяснить, что да как, пришлось идти обходными путями, а именно поинтересоваться об этом у самой болтливой сплетницы, которая знала обо всем и всех в замке, вплоть до того, где и от чего издохла мышь.

Потренировавшись на полянке в метании мечей, я не на шутку разозлилась, так как ничего у меня не выходило. Другое дело с заклинаниями, любое наколдованное орудие летело точно в цель, но не причиняя деревьям никакого вреда, рассыпалось прахом, лишь слегка коснувшись коры. К сожалению самостоятельно я смогла освоить лишь иллюзию, тут-то ничего сложного, но вот наколдовать настоящее орудие пока что мне было не подвластно, а вот с реальным оружием я полный профан.

С точностью вроде тоже проблем не было, но я либо не могла рассчитать силу удара, либо не могла держать правильно ножи, так как, ударяясь о ствол дерева, нож перерубал его надвое и врезался в стоящее за ним деревце, или же раскрошив кору, падал на землю.

В общем намучавшись и устав от бесплодных потуг, как собака я побрела в замок к Милке.

Милка – помощница, к тому же племянница кухарки была из людей, как и вся прислуга. Худенька девушка лет двадцати пяти, она просто фанатела от существ, принадлежащих к царству ночи, особенную любовь питала к вампирам и Даркарусу. Последний ей быстро вправил мозги, объяснив, что она для него лишь десерт на столе, но не больше, с чем девушка вскоре смирилась, но никогда не отказывала своему объекту воздыхания в глотке своей свежей кровушки.

– Мил, привет! Есть че пожрать? А то я щас кони двину! – Схватилась я за урчащий живот, входя в двери кухни.

Не смотря на вечернюю прохладу и раскрытые окна, в помещении было душно. Не удивительно, ведь в огромной печи тушилось сразу несколько блюд, плюс ко всему чугунная плита была завалена всевозможными кастрюлями от мала до велика.

Я цапнула одну крышку, хотела отодвинуть ее и засунуть туда свой любопытный нос, и тут же обожглась. Со словами «ай, больно кусается», я отошла от плиты.